Name: Твои
Author: Алайна Салах

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Отвернувшись, Роберт достает из-за пассажирской двери букет, перевязанный атласной лентой — из тех, что держат в руках невесты, — и протягивает его Полине:

— Зайчик, это тебе.

Глаза дочки озаряются светом, какой предположительно можно увидеть во взгляде влюбленной женщины, получившей первые цветы от любимого. Хотя с полной уверенностью сказать не могу, ибо эта часть романтических отношений обошла мою двадцатипятилетнюю жизнь стороной.

— Спасибо, — улыбается Поля и даже умилительно носом лепестки клюет.

Я тоже улыбаюсь. Все же в умении делать приятное женщинам Роберту нет равных, как бы двусмысленно это не звучало. Даже при всей моей ревности и предвзятости его поведение не получается критиковать.

— Красивый такой, да, крольчонок? — я глажу дочь по волосам, стараясь не задеть корону, и следом бросаю многозначительный взгляд на ее отца. Она не зайчонок, а крольчонок, понятно? Кролики куда красивее и умилительнее зайцев.

Будто не заметив моего невербального внушения, Роберт снова лезет в машину, и в следующую секунду перед моим лицом маячит здоровенный букет белых роз. Я позволяю впихнуть его себе в руки и так же как и Поля, машинально тыкаюсь в него носом. Вот умеет он… Что даже мой крепкий иммунитет на секунду пошатнулся.

— Возьми один и получи на второй пятьдесят процентов скидки? — шутливо уточняю я и не удерживаюсь от признательной улыбки: — Спасибо большое.

— Повышенный кэшбэк при оплате Визой или Мастеркард, — скалится Роберт. — Хотел сразу вручить, но засмотрелся на твои ноги.

Я закатываю глаза. Все же не нужно быть к себе такой строгой. У той впечатлительной девятнадцатилетней студентки, бегающей между столов с подносом, не было против него ни единого шанса.

— Заказывай все что хочешь, зайчонок, — подсказывает Роберт, глядя на то как Поля сосредоточенно водит пальчиком по картинкам в меню.

— Когда принесут, выберешь то, что понравится.

Я вообще-то против такой расточительности. Через пару дней щедрый папа-либерал вернется к себе в столицу, а я в образе скупого диктатора продолжу запихивать в бедного ребенка овсянку.

Но чтобы не портить вечер, стоически отмалчиваюсь.