Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Адепт должен был, постепенно, от начальной стадии Повелителя, вплоть до пиковой — укрепить ядро своей души, чтобы столкнуться с духом.

На словах это не так удивительно или даже чудовищно, но… единственный раз, когда любой другой адепт сталкивался с духом — испытание Небес и Земли. Суд Изначально рожденного — второе из пяти препятствий становления Бессмертным.

Да, во время медитации Пути Среди Звезд адепт не сталкивался с Изначально рожденным. Лишь с духом своей стихии. Он мог быть как могущественным, так и нет, но не Изначальным.

Тех, что в своем могуществе могут превосходить некоторых богов.

Но, в то же время, Чин’Аме помнил то, как выглядело становление Хаджара Повелителем. В тот день над Даанатоном он заметил в грозовых тучах и пришедшей буре лицо старика.

Легенды гласят, что когда мир был еще молод, появились четыре духа. Прекрасная дева, пришедшая с востока, несущая с собой весну. Прыткий юноша, идущий с запада, держащий под руку осень. Красивая девочка, шагающая с юга и держащая в своем сердце лето.

И их отец, старик, не покидающий севера. В его глазах отражалась зима.

Четыре Изначально рожденных в стихии ветра. Единое целое, разделенное на равные части.

Так что сейчас Чин’Аме нисколько не был удивлен тому, что над Горой Волшебного Рассвета вновь собирались черные тучи. Молнии били из них без устали. Грохот стоял такой, что дрожали камни и ученики Павильона в страхе разбегались по своим норам, полагая, что в их край пришло дикое стихийное бедствие."

"Перворожденная буря развернула свои могучие объятья.

— Что же, — произнес Чин’Аме. — кажется, партию мы не доиграем…

* * *— Отец! — принцесса, стоя на балконе дворца, указала на восток. Там, над вотчиной Чин’Аме в небе родилась безудержная буря.

Грохот ярости её достигал даже Рубинового Дворца, заставляя дрожать витражи и стекла. Порывистый ветер обрушился на город, распахивая двери и окна.

Император, сидя на троне, взирал на это без особого интереса. Подперев подбородок кулаком, он спокойно дышал и наблюдал за битвой двух силуэтов, отражавшихся во вспышках молний.

— Все же, это твой потомок, старый друг… — произнес он, после чего поднялся и спокойным шагом направился в сторону своих покоев.

Сколько тысяч лет прошло с тех пор, как он брал в руки оружие?

* * *Хаджар, стоя на спине огромного парящего в небе черного дракона, не испытывал страха. Сколько бы ни был силен его противник, он не замедлит его шага. Сколько бы ни был могуч воин, это не замедлит его меча.