Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Унтер-офицер сверился с картой, отдал неслышный приказ, махнул рукой, показывая направление.

Отделение рассредоточилось, солдаты взяли винтовки наизготовку и скрылись в лесу. За ними последовал унтер-офицер.

На берегу остались только двое водителей — бронетранспортёра и мотоцикла.

Теперь немцев было не видно, их хорошо скрывала листва деревьев.

— Меня ищут, суки, — сказал лётчик. — И к бабке не ходи.

— Самолёт найдут быстро, — сказал Максим. — А вот нас — вряд ли. Мы уже под водой.

— То есть?

Максим объяснил, что корабль успел погрузиться в воду полностью:

— Вода чёрная, болотная, мутная.

Плюс ряска. Сейчас август, вода зацвела уже. Ничего в ней не разглядеть.

— Хорошо, коли так, — сказал Николай. — А если всё-таки найдут, что делать будем? Оружие какое-нибудь есть у тебя, товарищ старший лейтенант?

— Нет оружия, — сказал Максим. — У меня же исследовательский корабль, зачем оно?

— Оружие — такая вещь, которая всегда может пригодиться, — поучительно заметил лётчик. — Сам видишь.

— Да, — согласился Максим.

Он представил, что будет, если немцы и впрямь обнаружат «Пионер Валя Котик» и похолодел. Уже второй раз за сегодняшний день. Технологии конца двадцать первого века, попавшие в руки немецких фашистов из тысяча девятьсот сорок первого года могли натворить неописуемых бед.

Конечно, в них ещё предстояло разобраться, но уж кого-кого, а проницательных учёных и инженеров у немцев хватало. Разберутся, в конце концов. Не сразу, но разберутся. И тогда… Нет, допустить этого нельзя ни в коем случае.

— КИР, — позвал он.

— Здесь.

— Скажи мне, пожалуйста, друг мой. В самом крайнем случае, если потребуется, мы можем уничтожить корабль?

— Смотря что ты имеешь в виду под словом «уничтожить». Полностью уничтожить, без следа, нет, не можем. Но можем превратить его в бессмысленный кусок металла.

— Конкретнее.

— Можно запрограммировать критический перегрев реактора таким образом, что он самоуничтожится и уничтожит весь корабль. Биопластик просто испарится, углерит распадётся на составляющие, металлы сплавятся.

Десять тысяч градусов по Цельсию достаточно, чтобы расплавить печь в аду, не то что корабль

— Радиация? Хотя какая радиация у кваркового реактора, что это я… Болото, лес вокруг?

— Болото, разумеется, закипит и испарится. Лес может загореться. А может и не загореться. Как карта ляжет.

— Ясно-понятно, — Максим и сам не заметил, как подхватил выражение Николая. — Это можно сделать в любую минуту?

— Да.