Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Еще её спальня и гостевая комната. Наверху тоже три спальни, которые и заняли мы с парнями.

Изначально баню строить должна была бригада, но мы втроем как раз навязались к бабуле в гости. Так что теперь это наша задача. Ну а курировать её будет наш суровый дед Арсений, но он в отъезде.

Безумно хочется увидеть Веру.

И потискать её девочек как следует. Из сладких фантазий меня вырывает звонок на мобильный. Беру, не глядя.

– Да?

– Ой, Дааань! Приветик! – слышу верещание в трубке.

– Оль, тебе чего? Я же просил не звонить! – злюсь, что именно Зубкова не дала мне как следует насладиться воспоминаниями о Верочке.

Стоило один раз позволить по-пьяни мне отсосать, так эта деваха решила, что у нас отношения.

– Ты свалил и даже не предупредил, Дань! Некрасиво! Может, я бы с тобой поехала!

– Мы не встречаемся! Хьюстон, приём, блядь! Оля, удали мой номер! – вешаю трубку, – пиздец…

Она звонит, но я блокирую. Достала. Встаю с постели, топаю вниз. Бабуля вытирает пыль, сажусь за стол.

– Понравилась Верочка-то? – щебечет она.

– Дааа, – растекаюсь лужицей, – классная.

– Не упусти девочку, – бабушка понижает голос, – а то парни-то твои уведут. Вон какие… тоже от Верочки без ума, я-то всё вижу.

– Не уведут, – вспоминаю, как мы сегодня втроём драли Верунчика.

И как сладко она стонала. Как красиво кончала… сука…

– ТАК! – в дверь вваливается мой дед, – где тут мои работнички? Айда пахать, чего расселись?! ЗА МНОЙ! Пока план не выполним, никаких вам девчонок, бездельники!

Глава 6

АнтонКогда изменяют – больно.

Реально словно бензопилой по грудной клетке. Пиздец просто! А еще ты чувствуешь себя мудаком. Знакомишь её с родителями, строишь планы.

Забиваешь на тусовки и пока твои друзья трахают породистых тёлочек, держишься за руки, потому что у неё блять месячные. Или она не хочет…, а ты если поднажмешь, то сразу кобель.

И потом…

– Прости, – смотрит на меня своими наглыми глазами, – я жду ребенка…

В этот момент у меня в голове проносятся сотни мыслей. Планы быстро перестраиваются, и я уже готов жениться.

И воспитывать своего ребенка.

– Поэтому, – она кусает губы, чуть не рыдает.

– Давай поженимся! – выпаливаю, чувствуя, что в жизни наступает новый этап.

– Прости, Антош, малыш не твой. И я не буду вешать его на тебя, так что… к тому же его отец согласен жениться и…

– Кто он? – глухо спрашиваю.

Сердце ворочается где-то в районе горла. Ну же!

– Говори, блядь! – бью кулаком по стене, Соня вздрагивает.

– Прости… это Костя.