Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Теперь он атаковал не только щупальцами, но и всем телом, делая резкие выпады вперед и пытаясь схватить меня своими основными руками.

Я едва успевал уворачиваться. Каждое движение должно было быть идеальным — одна ошибка, и смертельное касание отправит меня в мир иной.

И тут мне пришла в голову идея.

Регенерация требует энергии. А значит, у неё есть источник. Нужно лишь найти его и уничтожить. Но сначала…

— Эй, сосулька! — крикнул я Леону, отбивая атаку сразу десятка щупалец. — Дай мне свой клинок!

— Что⁈ — он опешил от моих слов.

— Зачем?

— Просто дай! Быстро!

Леон колебался всего секунду, потом выхватил свою катану и швырнул ее мне. Я ловко поймал клинок левой рукой, не прекращая отбиваться от атак правой.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! — прокричал он.

— Я всегда знаю что делаю, парень, — весело усмехнулся я в ответ.

Честно говоря, не любил сражаться двумя клинками одновременно. Это требовало совершенно другой координации, другой техники, другого мышления.

Но этого противника иначе было не победить.

Не с моим текущим состоянием.

Стойка Раздвоенной Молнии — древняя техника, которой меня научил один безумный мастер в горах Карсона. Тогда мне пришлось побегать от него и его молний, но все же я добился своего и этот упрямец меня обучил. Он утверждал, что два клинка в руках истинного воина становятся воплощением ярости небес.

Тогда я считал его сумасшедшим. Сейчас был готов признать, что старик кое в чем был прав.

Оба меча засветились: мой — привычными молниями, катана Леона — ледяными разрядами.

Энергия двух стихий начала резонировать, создавая вокруг меня ауру разрушения.

— Невозможно, — прошептал Леон, но я его прекрасно расслышал. — Он использует ледяную магию через мою катану!

Я не стал объяснять, что магия тут была ни при чем. Просто внутренняя энергия, правильно направленная через клинок. К тому же его меч годами впитывал магию носителя. У стали тоже есть своего рода память.

Жнец почувствовал изменение и попытался атаковать всеми щупальцами одновременно, словно настоящим дождем из острых копий.

Но теперь у меня было два клинка, а значит, в два раза больше возможностей для защиты и атаки.

Правый меч рубил, левый протыкал. Один замораживал, другой поджигал. Щупальца падали десятками, но теперь я не давал им регенерировать — следующий удар всегда приходился по тому же месту, окончательно уничтожая темную плоть."

"И тут я заметил то, что искал. В центре груди Жнеца, скрытый за ребрами, пульсировал темный кристалл.