Почему так, не доверяет мне, что ли?"
"Подхватив меня под руку, Лэксар завернул в какое-то кафе. Интерьер тут был простенький: темные полы и стены, какие-то несуразные картинки, висящие над барной стойкой, красные светильники, дающие, на мой взгляд, слишком мало света. Не удивило и меню, зависшее голограммой над пластиковой поверхностью стола. Что-то щелкнув, мой орш сделал заказ. Я же не сводила с него тяжелого взгляда. Не отвертится, пусть объясняется.
– Малышка моя, не надо так на меня смотреть, – он устало потер изуродованную шрамами щеку.
– Я и так знаю что виноват, но ты так расстроилась, когда увидела те участки, выставленные на сайте и цены на них. Я не хотел, чтобы в случае чего, ты разочаровалась во мне, – покаянно начал он.
– Почему я должна была разочароваться? – подтолкнула я его к дальнейшим объяснениям.
– Потому что, шаеши, ты у меня такая нежная и такими невинными глазками смотришь на мир, что хочется сохранить эту веру в сказки. Ты же не видела себя со стороны, когда просматривала выставленные на торги планеты.
Сколько восхищения было и надежды в моих любимых серых глазках. Ну, поведи я тебя туда, ты ведь огорчалась бы каждый раз, когда красивый участок с рекой или озером покупался не нами. А именно такие ты и выделяла и отдельно сохраняла, я заметил это. Я не смогу видеть печаль и твое разочарование во мне. Для меня слишком важно выглядеть мужчиной именно в твоих глазах, – скользнув тыльной стороной ладони по моей щеке, Лэксар обвел пальцем нижнюю губу, словно поцелуй воздушный подарил.
– Торги – дело грязное и грубое, часто с потасовками, и все это сопровождается такой бранью, что моей маленькой девочке там не место. Поэтому все пошли на торги, а мы – в магазин. Не обижайся на меня за то, что я пытаюсь впустить в твою жизнь как можно меньше грязи и разочарований. Пусть лучше ты немного на меня пообижаешься, чем приобретешь столь нежеланный жизненный опыт. Я люблю тебя, и все сделаю, чтобы ты была счастлива. Не вини меня за это, малышка.
Мое недовольство, обида и злость как-то разом улеглись.
Не умела я на него дуться. Сейчас на лице моего мужа такое трогательное выражение, что сердце дрогнуло. На окружающих всегда он смотрел суровым, даже жестоким взглядом, на меня никогда. Мне всегда доставалась ласковая улыбка и нежность. Возможно, он и прав, и мое стремление влезть всюду порою не уместно. Наверное, это мужские игры, и девочки в них не играют.
– Ну, а зачем нам тогда в здание аукциона? – поинтересовалась я ласково улыбаясь.
