— Слушайте, а после Колдуна в Канцелярии никаких методичек по развитию навыков этой ментальной ерунды не осталось? А то я не знаю с какой стороны к тренировкам приступить… Да и с защитой надо разобраться.
— Соответствующего спеца по защите я вам пришлю, Алексей Александрович. А вот подобных методичек у нас точно нет. Да и Колдун с нами ничем подобным не делился… — начал вспоминать Пафнутьев. — Резонно заявляя при этом, что мы его всё равно не поймём. Зато он в стихиях был полный ноль, кроме крепкого доспеха ничем другим похвастаться не мог.
А вот в ментализме!.. Дружок наш быстро в этом самом ментализме стал профессиональнее соответствующих инструкторов, даже преподавал им какое-то время, но потом они просто перестали понимать, о чём им говорил Колдун, и занятия прекратились. Тогдашнее руководство Канцелярии всё порывалось посадить Ваню за написание спецучебника, но война началась, не до того стало. Бумаг с записями наш дружок точно не оставил, а вот тренировался он в поле, если можно так выразится. В полицейских рейдах постоянно участвовал по всяким там злачным местам, — я сразу вспомнил разговор с полковником Орловым, — да и допрашивал многих в одиночку, у него все язык развязывали без применения силы, полиция пищала от такой своеобразной помощи… — Прохор с отцом подтверждающе кивали головой.
— Там-то он эту сторону жизни и узнал, и, дезертировав, очень органично в неё вписался… А талант его раскрылся именно на войне, там Колдун по грани ходил! Но какие мы операции с помощью его способностей проворачивали!.
. Если я так, при штабе планированием занимался, то вот Прохор!.. Алексей Александрович, учитывая природную скромность вашего воспитателя, я уверен, что вы не видели его наград за все эти операции! — Пафнутьев слегка улыбался, а я кивнул. — Полюбопытствуйте как-нибудь на досуге, только, прошу прощения, в обморок не упадите от этого иконостаса! Они, конечно, не для открытого ношения, все по секретным указам Государя нашего числятся, но набор знатный!
— Спасибо, Виталий Борисович, обязательно попрошу Прохора мне их показать.
— кивнул я."
"— А теперь вернёмся к нашему Ивану-Колдуну. — Пафнутьев посерьёзнел. — Мне кажется, самым оптимальным вариантом для вас, Алексей Александрович, будет повторение пути нашего друга — участие в рейдах полиции. Я же со своей стороны могу пообещать одно — если подвернётся что-то простенькое у нас, обязательно извещу. К чему-то серьёзному, поймите меня правильно, вас для тренировки допустить не имею права.
