Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Надо было отдать должное Александру Николаевичу, — к Императору он подошёл, блюдя чувство собственного достоинства.

— Лица, покушавшиеся на Романова, Государь, установлены. Проводится операция по их задержанию. Разрешите продолжить? — картинно вытянулся он.

— Не имею ничего против, Александр Николаевич! — усмехнулся Император. — Продолжайте!

— К нам кто-то идет! К воротам. — сообщил я, оставаясь в этом своём состоянии.

Великие князья переглянулись между собой, и на темпе разбежались по всему периметру внешней стороны особняка Гагариных, выходящей на Остоженку.

Но беспокоились они напрасно — открылась калитка, и вышли трое, сразу упавшие на колени.

— Государь! — завопил один из них, с седой головой и бородкой. — Бес попутал! Родичей пощади!"

"— А ты, Витька, родичей пощадил этих двух воевод? — вылез вперёд мой дед, вокруг которого опять начал формироваться огненный столб.

Да и у меня перед глазами опять встали эти фотографии из Мытищ. В голове что-то щёлкнуло…

— Лёшка! Лёшка! — кто-то орал мне в ухо.

— Очнись! Лёшка! Лёшка!

Придя в себя, первым, кого я заметил, был Прохор. Маячили лица отца, деда, Императора, Великих князей…

— Посмотри на меня! — орал мне в лицо Прохор.

— Смотрю. — попытался кивнуть я.

— Как меня зовут?

— П-прохор…

— А ты кто?

— Князь Пожарский.

— Ну, слава богу, в себя пришел… — Прохор уступил место другим.

— Лёшка, ты как? — дед смотрел на меня с тревогой.

— Уже нормально. — я попытался встать. — Что случилось?

— Это был «Царский гнев», внучок! — на меня с улыбкой смотрел Император.

— О котором многие, к сожалению, стали забывать. Можешь удостовериться. — он указал в направлении ворот особняка Гагариных.

Там валялись три тела.

— Я их убил?

— Нет, Алексей. — хмыкнул Николай Третий. — Только младшего, который бунт в Измайловском полку хотел устроить. Князь Гагарин и наследник просто сильно контужены. С ними мы разберёмся. Не переживай.

— И что теперь? — я тупо уставился на него.

— А теперь Михаил Николаевич нас в своём доме угостит чаем.

Да, Михаил Николаевич?

— Да, Государь. — кивнул дед.

— Тогда идите потихоньку в особняк Пожарских, мы вас догоним. И, кстати, Алексей, всё имущество Гагариных теперь твоё. Мы проследим.

Когда мы уже подходили к воротам особняка, дед решил нарушить молчание:

— Да, Лёшка, теперь имущество Гагариных твоё… — хмыкнул он, повторяя слова другого моего деда. — Богат, как Крёз!

— И что изменилось? — поинтересовался Прохор.