Архив смертников читать онлайн

Дважды немцев обманывали, занижали количество товара, а потом люди из леса приходили и «излишек» продуктов к партизанам в Заболотье увозили… Мне однажды их командир даже просил благодарность передать…

— Ладно, тетка, — отмахнулся комендант, — позднее разберемся, чем тут наше население при немцах занималось… Четыре офицера к тебе на постой, уж расстарайся, определи их по первому разряду. Это «Смерш», уяснила? Чтобы никаких претензий к тебе у товарищей не возникло. Накорми, напои и спать уложи. А с петухами разбуди и снова накорми.

— Ой, правда? — заулыбалась Анна Ильинична, и даже морщины на лице разгладились. — Конечно, Павел Викторович, окажем самый радушный прием товарищам офицерам. Правда, баньку не обещаю, — стушевалась она. — Две зимы при немцах такие холодные были, печку топить было нечем, мой Силантьевич баньку на дрова и разобрал…

— Переживем, Анна Ильинична, — произнес Алексей. — Показывайте дорогу к своему убежищу.

Хата семейства Божковых ничем не отличалась от окружающих — невзрачная, облупленная, с перекошенным фундаментом и маленькими окнами.

В хате имелось несколько комнат, два выхода и крохотный чердак, по которому передвигаться можно было только на четвереньках. В палисаднике произрастал скромный садик из нескольких яблонь, а пространство позади дома полностью поросло бурьяном. На задворках возвышались груды мусора, кучка дров — все, что осталось от разобранных подсобок.

— Хоть сортир не разобрали — и то хорошо, — ворчал Одинцов, посетив не столь отдаленное «заведение».

 — Там, между прочим, командир, есть что почитать — немецкие газеты на русском, с призывом ко всем русским людям объединиться в борьбе с большевистской нечистью. Значит, газетки немецкие почитывали?

— Если в сортире почитывали, то это нормально, — отмахнулся Вадим Мазинич. — Почитал — сразу использовал, как надо. А вот если в хате на видном месте — тогда, конечно, надо разбираться.

В избе ничего компрометирующего не обнаружили. Хозяин — приземистый небритый мужик лет пятидесяти — носил заштопанную овчинную безрукавку, сильно хромал.

Сначала помалкивал, посматривал с подозрением, потом разговорился, начал робко улыбаться. Пока он зажигал дополнительные свечи, ковырялся в подвале, вытаскивал на свет завернутую во фланель бутыль самогона, соленые огурцы, остатки квашеной капусты, его супруга стелила кровати офицерам в дальних комнатах. Потом прибежала, стала выставлять на плиту чугунные емкости с картофелем, с костлявым мясом.