Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Затем вернулся обратно, снял с плеча немецкий «МР-40» и опустился на брезент рядом с Эммой. Девушка спала беспокойным сном, вздрагивала, что-то бормотала на напевном белорусском языке. Он потрогал ее лоб — все в порядке, к утру температура совсем спадет, просто резкий температурный всплеск на фоне потрясения… — обнял ее за плечи и прошептал:

— Мы справились с заданием, Эмма, теперь все будет хорошо… Мы потеряли товарищей, да, это страшно… Я тоже вчера потерял свою группу, до сих пор не могу в это поверить… Но теперь знаю, что они погибли не зря… Утром немцы покинут Калачан, придут наши, мы сможем выбраться отсюда…

— Да, наверное, ты прав… — вдруг очнувшись, забормотала она.

— Слишком много всего свалилось, это трудно пережить… Все будет хорошо, Макаров…

Она снова заснула, и он заснул, а ночь продолжалась, резко падала температура, облака на небе превращались в тучи, но они пока не мерзли под куском брезента…

Глава тринадцатая

Дождь все-таки пошел — холодный, «долгоиграющий», молотил по щебню проезжей части, по герметичной будке самой популярной в вермахте трехтонной машины.

Усилился ветер, налетал порывами, сносил потоки воды. В убежище было сухо. Алексей несколько раз просыпался. Эмма лежала рядом, от нее исходило тепло. Он засыпал с приятной мыслью, что надо бы продолжить знакомство, что зря он ее подозревал в какой-то двойной игре, что это просто распалившаяся фантазия…

Под утро он спал, как хорек, разметавшись по брезенту. Надо было проснуться, но не мог, это было выше его сил.

Каким-то краем сознания он понимал, что остался один, девушка удалилась, он слышал, как хрустит гравий под ногами. Что-то звякнуло. Скрипнула железная подножка.

Он просыпался мучительно долго. Рано еще, рассвет едва серебрился. Словно из потустороннего мира доносилась глухая канонада — советские войска перешли в наступление и успешно выбивали немцев из Калачана…

Завелся двигатель — тяжело, с пробуксовкой, прерывисто застучал.

Алексей резко сел, нащупывая автомат и судорожно протирая глаза свободной рукой. Что за безумие? Светлое время суток благополучно стартовало. Дождь прекратился, солнце готовилось выглянуть из-за горизонта. Дверь кабины со стороны водителя оставалась распахнута. Эмма с растрепанными волосами спрыгнула с подножки, испуганно глянула в его сторону. Мозги работали отвратительно! Что она делала? Завела двигатель, он сам оставил ключ на приборной панели.