Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Детей будили позже, поэтому я никак не ожидала их увидеть, но, выйдя в общий коридор, застала Мари, закрывающую за собою дверь библиотеки. Одно то, что она не сбежала вчера в Березовое, уже было хорошо, но я совершенно не знала, как вести себя с нею после вчерашнего и к чему готовиться.

И она меня тотчас заметила. Тоже замешкалась, а потом, прижимая к себе взятую книжку, присела в книксене:

– Bonjour, мадемуазель Тальянова.

– Bonjour, Мари, – отозвалась я, осторожно приближаясь.

Уходить она не торопилась, но смотрела в пол и переминалась с ноги на ногу.

И, не поднимая глаз, вдруг выпалила на одном дыхании:

– Мадемуазель Тальянова, простите меня за вчерашнее… я вовсе не ненавижу вас – это я в сердцах сказала.

И потом только она подняла на меня робкий взгляд.

Столь неожиданно для меня было слышать слова извинения от Мари, что я не сразу нашлась что ответить. Но постаралась быть искренней:

– Мари, мне очень жаль, что не удалось поехать в Березовое, но, поверьте, для этого есть причины.

Взгляд ее сделался настороженным – кажется, Мари силилась разгадать, что скрываю я за этими словами.

– Вы очень странная гувернантка, – произнесла она наконец с сомнением. – Иногда я вас совсем не понимаю. Но это уже не важно – важно, что в Березовое я не попаду и, судя по всему, Алекс женится на мадемуазель Волошиной. Но, знаете, я проснулась сегодня и поняла, что, кажется, меня это совсем не трогает. – Она отвела взгляд, и я отметила, как судорожно она вцепилась пальцами в книгу, будто пытаясь удержаться.

Но говорила с прежней же уверенностью: – Может, я и не влюблена вовсе в Алекса, а просто по-детски приревновала хорошего друга.

Если честно, последних слов Мари я почти не слышала, потому что моим вниманием целиком завладела книга, что была у нее в руках. А точнее, ее бордовая обложка. Но, делая над собой усилие, я перевела взгляд с обложки на лицо Мари и мыслями вернулась к ней."

"Все же девочка выросла. Человек перестает быть ребенком, когда совершает поступки – самостоятельные, продиктованные лишь его волей.

Однако взрослым этот человек становится, только когда начинает нести за эти поступки ответственность. Вспылить, наговорить гадостей может каждый – увы, но даже самый мудрый и деликатный человек от этого не застрахован. И осознать, что был не прав, тоже может практически любой индивид. А вот найти в себе силы подойти и извиниться – для этого действительно нужно быть взрослым.