Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но завтра ваш отец, любимый, мужУйдет в четырехлетнюю дорогуДлиною в двадцать миллионов душ.И вот еще: враг мощен и неистов…Но хмыкнет паренек лет двадцати:— Мы закидаем шапками фашистов,Не дав границу даже перейти!.. —А я про двадцать миллионов шапок,Про все, что завтра грянет, промолчу.Я так скажу: — Фашист кичлив, но шаток —Одна потеха русскому плечу…Что случилось, братцы?!

Душа как судорогой сведена,Когда я думаю о тех солдатах наших,Двадцать второго, на рассвете, павшихИ даже не узнавших, что — война!И если есть какой-то мир иной,Где тем погибшим суждено собраться,Стоят они там смутною толпойИ вопрошают: — Что случилось, братцы?!Ответ фронтовику

Не обожженные сороковыми,Сердцами вросшие в тишину,Конечно, мы смотрим глазами другимиНа вашу большую войну.

Мы знаем по сбивчивым, трудным рассказамО горьком победном пути,Поэтому должен хотя бы наш разумДорогой страданья пройти.И мы разобраться обязаны самиВ той боли, что мир перенес…Конечно, мы смотрим другими глазами,Такими же, полными слез.

Мой фронтовик

До фронта не доехал он,Дорогой не прошел победной.Взлетел на воздух эшелон —И стал воспоминаньем дед мой.Вот он стоит передо мной —Русоволосый, сероглазыйСолдат, шагнувший в мир иной,Так и не выстрелив ни разу…Война! Ты очень далека.Но вечно близок День Победы!И в этот день я пью за деда —За моего фронтовика!Бабушка

Включаю телевизор: танки, грохот,Врага под корень режет пулемет.

…А бабушка моя тревожно вздрогнет,Вязанье сложит, в кухню перейдет.На всю квартиру — крики, рев орудий…— Куда же ты?— Да мочи, милый, нет.