Name: Любить доминанта (ЛП)
Author: Шелли Брэдли

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

"Она не стала ждать его ответа, просто отдернула руку и направилась к выходу. Слава Богу, Хаммер промолчал в ответ. Еще десять секунд и она выйдет отсюда. Она могла бы спрятаться на кухне и там, наедине с самой собой, предаваться своему горю. У нее не займет много времени, чтобы придумать двадцать синонимов к слову ""идиотка"". Тупица, тупица, тупица. Когда она уже хоть чему-нибудь научится?

Хаммер не замечал ее даже тогда, когда ей стукнуло восемнадцать. Впрочем, и когда двадцать один – тоже. По какой-то причине, она все-таки надеялась, что двадцати-трех летний рубеж заставит его обратить на нее внимание и перестать видеть в ней потерянную, маленькую, бездомную девочку, которую он спас много лет назад.

Но как бы не так! С ней ему всегда будет не хватать искушенности и чего-то неосязаемого, приходящего только с разгульной жизнью и трахом каждый день с новыми партнершами. Она никогда не будет той, которую он захочет.

Рейн сжала пальцы. Кусочки фарфора впились в кожу, прорезав до крови. Да кому, какая разница?

Пока кровь капала на белоснежный фарфор, она задушила в себе внутренний крик и двинулась дальше.

Ей было легче от того, что сейчас Хаммер не мог видеть ее лицо.

Спускаясь в холл, она заметила тень в одном из открытых дверных проемов. Приглядевшись, она узнала Лиама о`Нейла, ирландского друга Хаммера, приехавшего из Нью-Йорка. Он уставился на нее, и его лицо выражало что-то среднее между беспокойством и жалостью. Такой великолепно учтивый, он молниеносно завоевал популярность среди саб, за каких-то пару месяцев, после своего приезда.

Она узнала этот его взгляд... проницательный, всезнающий. Не могло быть ни малейшего сомнения в том, что он не заметил ее слез. Твою мать.

Он уже открыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но у Рейн не было сил выдержать его вопросы о Хаммере и, уж тем более, его сострадания.

- Извините меня.

Она проскочила мимо него и забежала на кухню.

Хаммер беспрекословно позволил Рейн уйти. Желая успокоить ее, он позволил ей выйти, не потеряв чувство собственного достоинства.

Но, черт возьми, все эмоции были написаны у нее на лице.

До настоящего момента, ему нравилось читать ее, словно раскрытую книгу. Опустошение в ее блестящих, от не пролитых слез, глазах, ощущалось ему как резкий удар по яйцам. Укол ее язвительного замечания ранил не настолько сильно, как собственное раскаяние, наполняющее его вены. Он всегда старался защитить ее от своих сексуальных игр, пользуясь другими сабами. Он боялся, что сломает ее.