Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Или отец приказал? Или вообще пронюхал про нас? Про то, что я накуролесила…

Боже!

Заставила себя успокоиться, вот только ничего не получалось. Тысячи «зачем?» и «почему?» крутились в моей голове, мешали связно думать, спать, есть и вообще дышать. Руки перманентно тряслись как у запойного забулдыги и по венам струилась концентрированная серная кислота, стоило мне только представить, что этот парень снова ворвется в мою жизнь и разнесет ее на куски.

И он ворвался. С букетом роз и заявлением, что (внимание!) любит меня.

Так любит, что после проведенной со мной ночи, увидел что-то, сопоставил факты и решил, что мечта всей его жизни никто иная, как развязная блудливая шлюха. Сегодня перед одним ноги раздвигаю, а завтра за другого замуж выхожу.

М-м, ну что тут скажешь? Действительно любовная любовь. Дайте две!

Обидели мальчика, ревновать заставили. И он не придумал ничего лучше, чем пуститься в бега от своей «любимой» женщины, а потом и вообще выпер ее подальше из своего отдела, чтобы глаза его влюбленные больше никогда не видели нехорошую бабенку.

Да, не спорю, я не подарок. Не идеал и уж тем более не мечта, но…подумать про меня такую грязь после того, как я ему свою девственность преподнесла на блюдечке с золотой каемочкой…

Это перебор, знаете ли!

И после нашего разговора я опять выла как одержимая и захлебывалась слезами. Ведь даже слова мне тогда сказать не дал. Минуты не нашел, чтобы хоть в чем-то разобраться. Зато распивать чаи с Сажиной – это, пожалуйста!

Улыбался, сидел, гад. Улыбался ей, пока я варилась заживо в котле предательства и боли.

А теперь у него, видите ли, глаза резко открылись. И я должна все бросить, и кинуться в его объятия. Счастье-то какое! Стас Гордеев больше не думает обо мне чудовищные вещи!

Простить? Как? Как, если в следующий раз он себе точно так же что-то нафантазирует обо мне и пойдёт на поводу у чужого мнения. Мне снова надо будет стучаться в закрытые двери и умолять выслушать?

И ни один букет в мире, даже самый прекрасный не заставит меня передумать.

Хотя хочется. Адски!

Потому что я люблю его. И гордость уже не гордость, и воля – не воля, и хочется на все закрыть глаза. И, черт возьми, поверить ему и дать ещё один шанс.

И только страх перед будущим отрезвляет.

Что будет с нами, когда я снова сделаю что-то не так? Поможет ли он мне подняться с колен или шагнет на сторону врага, вместе с ним закидывая меня тухлыми помидорами?

Я один раз рискнула своей гордостью и поставила на кон все ради нас.