Магистр дьявольского культа (ЛП) читать онлайн

Кровь все сочилась и сочилась, и Вэй У Сянь невольно чувствовал головокружение, будучи не в силах ничего с этим поделать.

Он позвал Лань Ван Цзи: «Лань Чжань…»

Лань Ван Цзи дышал не ровно и спокойно, как обычно, а даже несколько учащенно. Причиной тому, скорее всего, служил, торопливый и длительный бег, а также отражение всех атак одновременно с бессознательным Вэй У Сянем за спиной.

Тем не менее, тон его голоса звучал твердо и надежно, как всегда. Лишь один короткий звук: «Мгм».

После «мгм» он добавил: «Я рядом».

Услышав эти слова, Вэй У Сянь неожиданно ощутил, как в сердце распускается доселе невиданное чувство. Что-то вроде тоски. В груди его защемило, но в тоже время стало немного теплее.

Он все еще помнил, как когда-то давно Лань Ван Цзи за тысячу верст пришел в Цзян Лин, чтобы поддержать его в бою. Но Вэй У Сянь совсем не оценил его доброты. Тогда они до хрипоты спорили по разным причинам и часто расходились недовольными друг другом.

Однако Вэй У Сянь никак не думал, что когда все в страхе будут заискивать перед ним, Лань Ван Цзи осудит его прямо в лицо; когда все с ненавистью будут плеваться в его сторону, Лань Ван Цзи встанет рядом.

Внезапно Вэй У Сянь произнес: «А, теперь я вспомнил».

Лань Ван Цзи спросил: «Вспомнил что?»"

"Вэй У Сянь ответил: «Теперь я вспомнил, Лань Чжань. Точно так же. Я… Я и в самом деле точно так же нес тебя на спине».

Примечания.

Гибкий меч (меч-пояс; меч-плеть) – почти то же самое, что индийский уруми, доживший до наших дней: полоса длинной (до 1.

Да-да, этот тот самый Су Шэ, спасенный Вэй У Сянем и Лань Ван Цзи из бездонного омута.

Глава 51. Храбрость. Часть первая.

По всему Юнь Мэну раздольно раскинулось несчетное множество озер. Пристань Лотоса - резиденция Ордена Юнь Мэн Цзян, самого прославленного в этой местности, также располагалась у озера.

Если путник отплывал с ее причала, то через некоторое время выходил в огромный пруд под названием «Озеро Лотоса», растянувшийся на сотни ли вперед. Широкие изумрудные листья невесомо касались цветущих здесь роскошных розовых бутонов, чьи лепестки слегка колыхались при малейшем дуновении ветерка, словно непрестанно кивая головой в знак согласия: очарование и чистота этого места отдавали легким привкусом юношеской наивности.