Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я могу все исправить.

— Что им от меня нужно? — Я поднялась на ноги и шагнула к небольшому количеству света, проникающего в камеру, чтобы Вульф мог видеть мое лицо, чтобы он мог взглянуть на человека, которого предал.

Его брови сошлись вместе. — Он хочет контролировать королевство вампиров.

— Но королевства вампиров не существует. С тех пор как умерли король и королева.

— Это то, во что вас заставили поверить. Правда в том, что королевство восстало из пепла. То, что он сказал, — правда. Мы знаем это уже много лет; нам потребовалось время, чтобы найти тебя.

Ты наполовину фейри, наполовину вампир, а твоя мать была королевой вампиров. Твое настоящее имя не Хантир Гвеневиве, а Хантирайна Фуллмалл Гаверула, дочь Клаудии Фуллмалл Гаверулы.

Я насмешливо покачала головой. Хантирайна Фуллмалл Гаверула. В этом не было ни малейшего смысла. У королевы вампиров не было наследников. Это стало одной из причин падения королевства. Лорд спас меня от смерти, но он не забирал меня из королевства вампиров. — Это невозможно.

— Тебе двадцать четыре года, Охотница. Твоя жажда крови вампиров проявится только через год. Ты сильнее любого фейри. Ты не помнишь, кем на самом деле были твои родители…

— Это невозможно! — Паника когтями впилась в мою грудь, вырывая яму и прокладывая туннель глубоко внутри меня.

— Это так. — В его словах прозвучала нежность, от которой я возненавидела его еще больше. — Я даже чувствую вкус этого в твоей крови. Твоя магия крови могущественнее, чем все, что я когда-либо видел. Ты — наследница королевства вампиров, Охотница.

Ты должна помочь ему взять власть в свои руки, иначе он убьет тебя за то, что ты встала на его пути.

Глава 46

Вульф

Вишня.

Запах ее сладкой, манящей крови проникал в меня с каждым проклятым богиней вдохом, воспламеняя мои чувства и сжимая мое сердце так, что я был уверен, что оно перестанет биться. Ее специфический аромат витал в воздухе даже в отдаленных коридорах.

Мой отец, казалось, не замечал этого так, как я. Он бы не стал. Он не жаждал ее крови. Он не был одержим ею.

Вернее, был, но по другим причинам. Он говорил, говорил и говорил, рассказывая о своих планах на ближайшие несколько дней.

Я не обращал на это внимания. Агония, ненависть и предательство Хантир прорывались сквозь воронку нашей связи. Хорошо. Я сосредоточился на этом, а не на вишнях, пытаясь вызвать в памяти те печальные голубые глаза, когда она узнала, кто я на самом деле и что я с ней сделал.

Она чертовски ненавидела меня. Пока что я мог с этим жить.