Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Этого было достаточно для людей. Все видели, что Мари Гамбург выглядит так, как будто действительно умирает от рака из-за её веса и влияния героина. Никто не задавал вопросы.

Я проезжаю мимо швейцара по парковке отеля и выключаю двигатель. Некоторое время мы молча сидим, окутанные тусклым серо-голубым светом, что исходит от встроенных в потолок над нами светильников.

— Но как она заказала свое собственное убийство? — Сэрай проводит рукой по волосам. — Я просто не…

— У некоторых лиц был доступ в ту комнату, где её скрывали.

Горничные. Нелегальные иммигранты. Артур Гамбург знал, что они будут молчать, опасаясь быть выдворенными на родину и вполне довольствуясь своими жизнями. По крайней мере, так он думал, потому что одна их горничных все-таки помогла Мари Гамбург.

— Ей просто следовало самой себя убить, — говорит Сэрай. — Если бы я была на её месте, то не стала бы проходить через все эти трудности.

— Да, если бы ты смогла все сделать сама. Подобных людей много, Сэрай. Готовых умереть, но не обладающих духом реально сделать это.

Она не произносит ни слова.

— Ты думаешь, они придут за нами? — спрашивает Сэрай.

Я открываю дверь, выхожу из машины и обхожу её, чтобы открыть дверь также перед Сэрай.

— Сейчас нет. Он бы не отпустил нас, пока мы были там. — Я протягиваю ей руку. Она кладет ладонь в мою, и я помогаю ей выйти из машины.

Закрыв дверь, я добавляю:

— Ему есть, что терять. Многое. Но это не означает, что в его планы не входит месть мне, да еще и он попытается обставить все таким способом, чтобы остаться не при делах.

— Или мне, — добавляет она и бросает на меня безнадежный взгляд. — Он может мстить мне.

Я включаю сигнализацию, машина начинает пищать на весь гараж.

В этот момент мне нечего сказать.

Вместе с ней мы подходим к лифту и поднимаемся в наш номер на верхний этаж. Я мало думаю о Мари и Артуре Гамбургах или о случившемся сегодня. В основном мои мысли заняты Сэрай и тем, что она пережила вместе со мной.

Она жива, но мне кажется, какая-то часть её потеряна навсегда. И это сто процентов моя вина. Я знал, что не стоит её вовлекаться во все это. Полностью осознаю свои действия и насколько непростительными они были. Я просто смирился с решением Сэрай. Мне стоило быть тем, кто положит всему конец.

Я выбрал другой путь. И не жалею об этом.

Нам о многом необходимо поговорить с Сэрай, и для начала мы обсудим то, что я сделал с ней в апартаментах Гамбурга.