Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Недоумевая, где пропадает ученик вместо того, чтобы помочь ему привести себя в порядок и приготовить завтрак, он хрипло позвал его:

— …Бинхэ?

Никакого ответа. Ещё более озадаченный Шэнь Цинцю кое-как разлепил веки и, опустив взгляд, узрел покрытую шелковистыми чёрными волосами макушку…

…и потерял дар речи при виде прелестного маленького личика, покрытых нежным пушком щёчек и бледно-розовых губ. Тени длинных ресниц падали на плотно сомкнутые веки. Свернувшись калачиком, словно котёнок, миниатюрное тельце приспособило его руку под подушку.

Несмотря на резкую перемену в размерах — а этому ребёнку было не более шести лет — Шэнь Цинцю мог наверняка сказать…

Впрочем, какое уж там «наверняка» — он с первого же взгляда понял, что перед ним был не кто иной, как несравненный главный герой собственной изрядно измельчавшей персоной!

— Ло Бинхэ! — ошарашенно воскликнул он.

Мужчина собрался было ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что не спит, но, стоило ему принять сидячее положение, как нижняя половина тела отозвалась тупой болью, и Шэнь Цинцю кое-как улёгся обратно.

Ресницы Ло Бинхэ затрепетали в предвестии пробуждения.

На его щеке виднелась красная отметина в форме руки Шэнь Цинцю. Глядя полуприкрытыми глазами на растрёпанного мужчину, он протянул к нему ладошки, словно прося обнять его.

— Учитель…

В тихом детском голосе было столько нежности, что Шэнь Цинцю замер.

Ребёнок и взрослый уставились друг на друга.

На мгновение поддавшись панике, они быстро поняли, что случилось.

Самосовершенствование Ло Бинхэ достигло критической точки: в теории сейчас ему следовало очистить сердце и душу от суетных желаний, дабы не нажить неприятностей — однако о каком воздержании от страстей могла идти речь после того, как он всю прошлую ночь прокувыркался с Шэнь Цинцю — и вот вам, как следствие, искажение ци!

У Шэнь Цинцю не было проблем с осознанием этого происшествия, ведь нечто подобное встречалось ему на страницах «Пути гордого бессмертного демона».

Само собой, Сян Тянь Да Фэйцзи сочинил этот эпизод, дабы затопить сердца читателей милотой — ради этого он увлечённо описывал, как вновь ставший маленьким Ло Бинхэ бесшабашно заходит туда, куда не решился бы сунуться даже взрослый.