Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

[14] Юношам и девушкам не следует касаться друг друга — в оригинале идиома 男女授受不亲 (nánnǚ shòushòu bùqīn) — в пер. с кит. «мужчины и женщины, передавая что-либо друг другу, ― да не соприкасаются» — запрет женщинам и мужчинам передавать из рук в руки друг другу какие-либо предметы (в конфуцианской традиции).

[15] Появляться и уходить, не оставляя следов — в оригинале идиома 来无影去无踪 (láiwúyǐng, qùwúzōng) — в пер. с кит. «приходить, не отбрасывая тени, и уходить, не оставляя следов», обр. в знач. «появляться и исчезать, словно по волшебству; неуловимый, как призрак»

[16] Отпрыском богатой семьи — в оригинале 富二代 (fùèrdài) — в пер.

с кит. «богач во втором поколении», обр. в знач. «золотая молодёжь».

[17] Равнодушно — в оригинале чэнъюй 不咸不淡 (bùxián bù dàn) — в пер. с кит. «ни солёный ни пресный», обр. в знач. «пресный, невыразительный, скучный; холодный, равнодушный».

[18] Неимоверно — в оригинале 翻天 (fāntiān) — в пер. с кит. «перевернуть небо», обр. в знач. «взбунтоваться».

Глава 6.

Первый блин комом

Усвоив урок, Шэнь Цинцю на всём пути до города Шуанху хранил каменное выражение лица; так они худо-бедно доехали до места назначения без каких-либо происшествий.

Хоть этот город не мог похвастать размерами, его можно было назвать процветающим. В Шуанху они остановились в резиденции господина Чэня — будучи самым богатым горожанином, именно он отправил людей на хребет Цанцюн с просьбой о помощи.

Две его любимые наложницы уже встретили мучительную смерть в лапах Кожедела — и потому старый господин Чэнь возлагал все надежды на приезд Шэнь Цинцю.

Поглаживая белые и гладкие, словно нефрит, ручки третьей наложницы, хозяин резиденции то и дело горестно вздыхал, заливаясь слезами на виду у гостей.

— Наши судьбы в руках господина бессмертного! Нынче я не смею отпустить от себя Де-эр [2] ни на шаг — боюсь, что она проявит неосторожность и эта распроклятая нечисть сведёт в могилу и её!

Столь густо пропитанная духом NPC речь вызвала у Шэнь Цинцю стойкое ощущение дежа вю, от которого по лицу пробежала судорога.

Ему отнюдь не улыбалось наблюдать, как шестидесятилетний старикашка самозабвенно воркует с девочкой-подростком!

По счастью, Шэнь Цинцю мог воспользоваться преимуществом своей недосягаемой ауры — едва повидавшись с хозяином поместья, он, напустив на себя холодный и высокомерный вид, тут же удалился в свои покои, оставив Мин Фаня обмениваться любезностями со старым господином Чэнем.