Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Затушив сигарету о мой туалетный столик, он вытирает губы и бросает взгляд на дверь спальни. Я потуже затягиваю полотенце вокруг своего тела и почему-то говорю.

— Она заперта. Никто не сможет войти.

Мои соски твердеют под полотенцем. Я чувствую запах сандалового дерева на его одежде, смешанный с сигаретным дымом и воздухом улицы. Его щеки немного покраснели от того, что на улице холодно, и мне вдруг захотелось обхватить его своим телом, чтобы согреть его.

Я предаю себя, потому что злюсь на него за то, что он выгнал меня из своего пузыря, и в то же время хочу, чтобы он снова вполз в мою жизнь - я бы приняла его с распростертыми объятиями и.

.."

"Но тут он стягивает с себя толстовку и наклоняет голову к моим подушкам.

— Хочешь, чтобы я легла?

Малакай медленно кивает, снимая ботинки, его глаза не отрываются от моих, пока я жую губу и смотрю между ним и подушкой.

— Я в полотенце.

— Ты можешь его снять?

Задыхаясь, я качаю головой.

Он только пожимает плечами и переходит на противоположную сторону кровати, как будто он не был призраком в моей жизни в последнее время - на той стороне, на которой всегда спал, когда пробирался в мою комнату, чтобы обнять меня.

Иногда я притворялась, что мне снятся кошмары, и посылала ему сообщение, чтобы он пришел обнять меня, пока я не засну, или шла к нему в комнату и спала, прижавшись к его груди, а он вдыхая запах моих волос, словно для него это наркотик.

Пока он не отгородился от меня.

Разве это неправильно - чувствовать, что он предал меня, пойдя на это свидание? Не думаю, что кто-то из моих подруг поступает так со своими братьями.

Они точно не представляют, как трахаются с ними.

Но мне почему-то все равно. Мне все равно, что это запретно - хотеть лежать в его объятиях и чувствовать тепло его тела, хотеть смотреть на него, когда он еще не смотрит на меня, чувствовать бабочек, когда я слышу, как открывается мое окно или скрипит моя дверь, когда он протискивается в нее.

Я больна - больна от того, что хочу своего брата.

Малакай спускает одеяло, и я пробираюсь под него, не выпуская из рук полотенце.

Мои голые ноги гладкие под тканью, и мое сердце замирает, когда он снимает ремень и стягивает свои байкерские штаны, оставаясь в одних трусах.

У мамы в соседней комнате играет музыка - ""One Way or Another"" группы Until the Ribbon Breaks звучит громче, чем нужно, и она повторяет ее и выкрикивает слова, вероятно, используя кисточку в качестве микрофона.

Она иногда такая глупая. Я люблю свою маму.