Наследница читать онлайн

 – За одним столом с этими курицами у меня бы окончательно пропал аппетит. К тому же я ненавижу овсянку.

– Почему она в платье такого цвета? – зашептались сидевшие за столом фрейлины, совершенно не заботясь, что я могу их слышать.

– Как он называется?

– Цвет называется старая роза, уважаемые нимы, – в разом наступившей тишине отозвалась я. – Говоря откровенно, я терпеть не могу бирюзовый, но мой жених отчего-то считает, что бирюзовый идет моим глазам.

В гробовой тишине я прошла к месту для изгоев и уселась на услужливо отодвинутый слугой стул.

– Приятного аппетита, Ваше Высочество, – громко пожелала я и нахально соврала: – От овсянки у меня начинается удушье, поэтому, если вы не против, попрошу принести меню.

Неожиданно принцесса встала со своего места, выдержала паузу и с непроницаемым видом пересела ко мне. Столик оказался слишком мал для двоих человек, так что мы уперлись коленками.

– С вашего места открывается прекрасный вид, – процедила Мария, и я смирилась с тем, что поесть спокойно точно не сумею, зато вдоволь натыкаюсь носами с королевской особой.

Рокировка оказалась неожиданной не только для гостей, но и для подавальщиков. Вокруг нас начался страшный переполох. Чтобы втиснуть в крошечное пространство еще один комплект посуды, приборы и пузатые хрустальные бокалы, слугам пришлось изрядно попотеть.

– Ваше Высочество, – принялся расшаркиваться перепуганный метрдотель, – вам снова принести молочную кашку с шоколадным конфитюром?

Комплекция принцессы не оставляла сомнений, что шоколадный конфитюр потреблялся не только с молочной кашкой, но и частенько толстым слоем намазывался на сдобные булки поверх куска сливочного масла.

Мария покосилась на меня и прошипела с ненавистью:

– Дайте мне что-нибудь полегче.

– Салатик «терочку»? – Сложив пальцы щепоткой, слуга прикрыл глазенки и принялся нахваливать: – Хрусткая морковочка, сочная свеколочка, нежная молодая капустка.

Я бы сдохла от такого корма и отправилась аккурат к Угодникам жаловаться на то, какой у них паршивый вкус в еде. Судя по отвращению, написанному на лице принцессы, она думала так же, но обреченно вздохнула:

– Несите.