Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Не успел я опомниться, как бабище, которая плела циновки, вскочила и бросилась с кулаками на мою охрану, при этом визгливо крича: ""Отпустите ребёнка, сволочи! Отпустите! Не делайте ему больно"", — пока я стоял, и хлопал глазами, один из охранников, одним ударом в челюсть успокоил женщину, пока другой, предварительно пнув вампира по голове, накрыл его своим плащом, и рявкнул на зевак:

— Все отошли подальше, это матёрый вампир, он и без взгляда может на вас влиять.

— Матёрый? — удивился я.

"— Ну да, матерый, уже не обычный вампир, но ещё не высший. Сильная тварь, я тоже отойду, господин, а то мысли начинают путаться, воздействует на меня, сука, — и он ещё раз, от души пнул вампира через плащ.

Они вдвоём оттащили женщину в сторону, и остались на расстоянии. Вскоре прибежал Рик с ребятами, заглянул под плащ, выругался и послал за кем-то. Подойдя ко мне спросил:

— Как вычислил, не расскажешь?

— Рожа мне его смазливая не понравилась.

— Гы-гы, — гоготнул Рик, — типа конкурентов убираешь?

— В каком это смысле? — нахохлился я.

— Ну на твою мордашку, уже сейчас девки засматриваются, а что будет когда подрастёшь, — и он улыбаясь, покачал головой, а потом резко стал серьёзным, — Лео, какого хрена, ты сам к нему полез? Это матёрый вампир, ему немного до высшего осталось, тебе охрененно повезло застать его врасплох. А если бы он успел среагировать, то твои же охранники порубили бы тебя на куски, принимая тебя за тварь.

От представленной картины мне поплохело, и я натужно сглотнул, но постарался браво ответить:

— Не хотел потерять его из виду, пока бы я разыскал тебя, пока бы мы устраивали его поиски, он за это время сменил бы личину и затерялся в толпе, — развёл я руками, — а вообще, откуда он здесь взялся, и не скрываются ли у нас ещё вампиры? — попытался я сменить тему.

— Откуда-то понятно, видно узнал, что большое количество людей отправляется в глухое поселение, где он может спокойно питаться, не боясь, что его вычислят.

А вот по поводу других вампиров, навряд ли, если они и были, то он их выгнал или убил, они хорошо друг друга чувствуют. Такие сильные как он, редкость, а он бы не стал делить кормушку со слабаками, одно дело, когда на двенадцать тысяч человек один вампир, пропажа людей будет не столь заметна, чем когда их будет несколько.

— Двенадцать тысяч? — удивился я.