Со слов очевидцев, черная БМВ, припаркованная у ресторана «Пляж», взлетела на воздух…
— Черная BMW… Черная BMW… Черная BMW… — вновь и вновь повторяла я, не отрывая глаз от телевизора.
Глава 22
Олег
Сердце обливалось кровью, глядя на то, как моя «ласточка» взлетела на воздух. После громкого хлопка автомобиль подкинуло в воздух настолько легко, будто сделан был из картона, не из прочного металла. Время остановилось, пока я смиренно наблюдал, как осколки пластика с дикой скоростью засыпали парковку. Металл кузова с диким скрежетом лязгнул об асфальт, заставив меня закрыть глаза.
Кровь в мозге просто пульсировала, закладывая уши. Говорят, что нельзя сделать больно самому себе. Врут. Всё врут, потому что мои руки сжимались в кулаки так сильно, что кожа ладоней начинала гореть, а суставы напряженных пальцев щелкали, издавая противный звук. На огороженной парковке закрытого на ремонт ресторана догорало то, что когда-то было моей машиной.
С годами научился не привязываться к материальному, понимая, что у всего есть срок годности.
Нет ничего вечного. Материальное иногда служит намного дольше, чем абстрактные чувства, которые мы называем любовью, привязанностью и родством. Эти невидимые нити настолько тонки, прозрачны и невидимы, что их может и не быть вовсе, а люди верят… Надеются, что не показалось, рисуя их в своем воображении. Так что я хорошо научился отпускать…
А вот прощать я никогда не умел. Да и не хотел. На миг показалось, что в веренице чувств уловил ликование.
Да! Именно! Полупрозрачный оттенок радости проскользнул, оставив за собой тонкий шлейф предвкушения. Давно не сталкивался с подобным. За много лет скитаний я успокоился, потому что все происходило по четкому плану. Не было сбоев. Цель, аргумент, подход и выстрел. Вот эти четыре «кита», на которых строился мой метод. Всегда тщательно изучал аргументы, на основании которых человек лишался права на жизнь. Никогда не поддавался внезапной панике, не устраивал кровавых расправ, потому что тщательно выверял каждый шаг, просчитывая его последствия.
А сейчас я ощутил, как земля под ногами пошатнулась, потому что целей было много, аргументов еще больше, а подходов я пока не нашел. Нужно решить, кто станет первым…"
"Холодное стекло изо всех сил старалось успокоить непрекращающуюся карусель мыслей в голове. Они вылетали, словно искры из костра, стремительно поднимаясь в небо, обрастали фактами, мелочами, в итоге превращаясь в версии.
