Ну что сказать? Если бы они не знали, что там что-то должно стоять, то ни за что бы не увидели — только ровные очертания некоторых рисунков давали понять, что там не естественный лес, а что-то искусственное. Но с воздуха такое разглядеть точно нельзя, просто невозможно. И они пошли — бесконечные рейды, обстрелы, дозоры. По-началу было тяжело, приходилось ходить в прикрытие, перегружать сотни килограммов боеприпасов. Но потом на технику установили ручные лебедочные механизмы, с помощью которых можно было загрузить и выгрузить тяжелые ящики, а до позиции довезти их на колесных тележках, которые в сложенном виде занимали мало места.
Стало по-легче. И только через месяц, когда землю начал покрывать снег, Михаил вынырнул из леса, чтобы получить очередное звание, отделение под свою команду и, самое главное — свою радость — новый автомат с необычными патронами, который он увидел как-то у ДРГшников и тут же в него влюбился.
Глава 34
Автомат — всему голова.
Как и многое другое в нашей жизни, новые автоматы появились в результате незаметной, но быстрой эволюции.
Проблемы со стрелковым оружием как в июле начались, так и не прекращались — его вечно не хватало. Если боевые части еще были полностью обеспечены стволами, то учебные занимались по очереди. И захват трофеев и складов не компенсировал убыль оружия из-за поломок, повреждений пулями и осколками, да просто из-за банального износа.
В общем, со стрелковым оружием возникало все больше проблем — не хватало стволов.
Наши трехлинейки мы уже с середины июля стали переделывать в автоматы, но с появлением большого количества новых военнослужащих пришлось делать автоматы и из трофейных винтовок. Одна винтовка давала два автомата — уже за счет этого получалась выгода. А учитывая возрастающую огневую мощь подразделений она возрастала многократно — с автоматическим оружием одно отделение на ближних дистанциях, а на других мы старались не воевать, заменяло как минимум взвод, а то и роту, вооруженные винтовками с ручной перезарядкой.
Наши самодельные патроны позволяли уверенно поражать цели на дистанциях сто-сто пятьдесят метров, а если учесть поправки — то и все двести. Этого было более чем достаточно в эту войну засад и осколков — на больших расстояниях из винтовки все-равно мало кто попадет и там по-любому работают пулеметы и снайпера, а те самые сто метров — рубеж атаки, когда заканчивается артподготовка и наступает время стрелков.
