Место убийства: выбрано тщательно. По эпизоду Чекчурина проверили записи со всех камер наружного наблюдения и убедились, что ни на одну камеру место обнаружения трупа не попало. По Майстренко записи уже запросили, но еще не отсмотрели до конца, так что окончательный вывод делать рано.
Подход к месту убийства: здесь есть некоторые отличия, но незначительные. Чекчурин передвигался на автомобиле, ехал из ночного клуба туда, где обычно разживался «колесами», есть видео с камер на выходе из клуба, на клубной парковке, а также на улице, где он оставил машину, прошел несколько метров до арки и свернул в нее.
А вот из арки во двор Чекчурин уже не попал, так и остался лежать в темном неосвещенном проходе. Кем бы ни был убийца, он скрывался с места преступления дворами, крышами или прятался в одной из квартир нескольких домов, подъезды которых выходили в два смежных двора. Оперативники из Юго-Западного округа клянутся и божатся, что смотрели несколько раз: Чекчурин покинул машину и свернул в арку в 1 час 26 минут, человек, обнаруживший тело и вызвавший полицию, проходил там в 2 часа 03 минуты, на камерах хорошо видно, как он выскакивает из темного прохода на освещенную улицу и звонит по телефону.
Между этими моментами из арки никто не выходил. Но действительно ли это так? Нужно еще раз проверить.
По эпизоду с Майстренко картина немного другая. Дело в том, что хоть и освободили Татьяну условно-досрочно, но права управлять транспортными средствами лишили на три года. Разумеется, это не означало, что, пока срок не вышел, она ездила на метро или на маршрутках.
Ее сожитель, тот самый, который по уши завязан в торговле наркотиками, спокойно рассказал, что купил своей ненаглядной машинку, на которой та прекрасно каталась без прав, стараясь ничего не нарушать и не попадаться. Старания были так себе, и женщину несколько раз останавливали сотрудники ГИБДД, но верный друг тут же появлялся и разруливал вопрос, иными словами – откупался. Как-то вот везло ей, ни разу на честного полицейского не нарвалась.
Когда срок истек – права восстановили. Однако соседи по дому Татьяну не любили, считали зарвавшейся хамкой, поскольку она парковала автомобиль там, где ей удобно, наезжала на любовно обихоженный, засаженный цветами газон, перекрывала возможность маневра другим машинам, и только и делали, что искали, к чему бы придраться. Кто-то прознал, что она в пьяном виде насмерть сбила человека, была лишена водительских прав, и началась форменная травля.
