Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ты что расцвел, сокол мой?

Скучно? Повоевать охота? Оставьте вы, бога ради, мушкетерские настроения, мы не у себя дома, тут нам всем на мягких лапках гулять треба…

— А с нее, значит, наблюдение снимаем?

— Ты знаешь, снимаем, — сказал Данил. — Чутье мне вещует, что — никакого толку. — Его лицо на миг стало жестким. — И, откровенно говоря, из этого следочка, сдается, все выжали.

Досуха… Ладно, собирайся.

Он спустился во двор, постоял, вспоминая все, что знал о здешних окрестностях. Свернул за угол, прошел метров двести и на стене возле булочной обнаружил исправный телефон-автомат, а вот слежки за собой не обнаружил.

Сделал три звонка, дважды поговорил кратенько, а вот в третий раз пришлось долго объяснять, что ему требуется.

Мозаика понемногу укладывалась…

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ВОЛК ОЩЕТИНИЛСЯ

Глава 1

ОНИ ЛЕЖАЛИ РЯДОМ, КАК БУДТО СПАЛИ…

— А дело было так, — рассказывал Басенок, уверенно держа руль левой.

— Через польскую границу должны были рвануть сразу штук пятнадцать африканцев.

Заплатили они по двести долларов с носа одному шустрому пареньку, помолились своим африканским богам и, благословясь, посреди ночи двинулись в путь.

Водил их паренек по лесу старательно и умело, со всеми мыслимыми предосторожностями. Наконец добрались до границы. Граница как граница, авторитетная: колючка в два ряда, высоченная, к дереву прибита табличка, там череп и кости, по-английски написаны всякие страхи насчет запретов и каторги за нелегальное пересечение… Струхнули сыны свободной Африки, неприятно им стало.

Но вокруг вроде бы тишина и симметрия, успокоились, достали припасенные саперные лопатки, проделали лаз под нижней проволокой и поползли на ту сторону. Паренек с каждым душевно попрощался, пожелал счастья в Европе… Ну, на той стороне дождались рассвета и пошли сдаваться пограничникам.