Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ему навстречу, легко ступая по камню арены, двинулась девушка… с весьма выдающимися формами, надо сказать! Широкие подтянутые бедра, которые облегала черная юбка, не скрывающая длинных стройных ног, выдающаяся вперед грудь, туго обтянутая синим пиджаком. Взмахом руки красавица откинула с лица прядь вьющихся русых волос, спадающих почти до пояса.

— Ну и фифа! — цокнула языком миниатюрная Мария.

Я лишь усмехнулся.

Над ареной тем временем вспыхнула новая огненная надпись:

«Младший граф Антон Демьянов против нетитулованной Алисы Каховской! Великолепный маг Огня против адепта Бытия.

Всепоглощающее пламя, способное сжечь что угодно против телепортации!»

Я удивился.

— А почему представление такое неравное? И чего все так возмущенно гудят при виде этой дамы? С ней что-то не так?

Тут первой ответила уже Мария."

"— Это прапрапра… не помню. В общем, наследница рода Каховских. Одного из тех, кто планировал восстание и цареубийство почти двести лет назад. Ее предка повесили, несколько поколений потомков специально отправляли в Японию, чтоб там у них отнимали магический дар.

Но по амнистии, прошедшей после Великой Бойни, это прекратилось. Но даже просто учиться в университетах разрешили вот только родителям этой дамочки. А сама она, похоже, первая, кто сумел доучиться до конца. В общем, не советую с ней связываться. Неблагонадежная!

Хоть в последних словах Марии и звучала явно женская ревность, но и резон в них имелся. Точнее. имелся бы, если бы мне не было плевать на старинные дворянские обиды.

Пусть покажет свою силу, раз сумела дойти до полуфинала даже при таком явном судействе против нее.

И Алиса показала. Да еще как показала!

Бытие — оно ведь не только про творение вещей и исполнение желаний, на чем сосредоточилась та же Мария. Оно вообще про все, связанное с характеристиками мироздания.

И эта девушка избрала путь телепортеров. Путь власти над пространством.

— Сгори!!! — пафосно прокричал Демьянов, красуясь перед публикой. На этот раз почти все трибуны поддерживали одного бойца.

Его, графского сына.

И прямо из земли по всей арене стали вырываться гудящие столбы пламени. Алые, багряные, оранжевые языки огня взрывами рвались из камня площадки, вздуваясь пылающими вихрями. Словно огненные цветы, распустившиеся в десятке мест одновременно.

— А он не мелочится! — хмыкнул Виктор.

— А толку-то?

Толку действительно не было. Вот прямо под девушкой начал формироваться новый огненный всплеск — мгновение, и она уже десятком метров левее.