С ним еще было несколько служанок и детей — он велел их забрать с собой. Еще сказал, чтобы я передала священнику, что он срочно нужен в замке. Велел передать ему дословно: «Плохо, что вас не позвали сразу». Я спросила: «Что происходит?» — но он ничего не ответил. Сказал что-то про то, что надо тут кое-что срочно сделать. Ничего из его слов я не поняла — так и ушла. Больше я никогда не видела своего отца. Но его не видели и среди перерожденных. Я думаю, он погиб, сражаясь с ними. Там, в донжоне, их, наверное, уже несколько появилось — зараза начала расползаться.
Мертвым его тоже не видела… Говорят, трупы, которые были ни на что не годными, темные бросили в реку — их унесло в озеро.
— Это хорошо, что твой отец не опоганился, — утешил Дирбз. — Раз перерожденные выбросили его тело, значит, он дрался как настоящий воин и пал от многих ран. Они не берут сильно изрубленных тел, ты же знаешь.
— Да, знаю, — чуть ли не плача согласилась девушка.
Понимая, что Альру надо побыстрее отвлечь от тягостных воспоминаний, я поспешил перевести ее мысли на продолжение:
— Ты добралась до деревни? Рассказала священнику о просьбе отца?"
"— Да.
Добралась. И рассказала. Священник, узнав о словах отца, побледнел и ушел сразу. Его я тоже больше никогда не видела. Мы провели ночь в деревне, не понимая, что происходит. Мне, конечно, не спалось, и я видела, как в замке загорелась угловая башня — она пылала до самого утра. Никто почему-то не тушил пожара. А перед рассветом пришел Альрик. С ним были Шобо и Ниф — на их шеях болтались обрывки цепей.
От страха камнелюды разорвали железо, а стеной их не удержать. Альрик сказал, что они помогли ему выбраться из замка. Он сказал, что Мальрок пал — его захватили перерожденные, вышедшие из донжона. Тех, кто сопротивлялся, они убивали; остальных загоняли в конюшню. Он говорил, что они громко смеялись при этом. Ему удалось спрятаться под лестницей. Там его и нашли камнелюды — у них хороший нюх. Шобо и Ниф продолжали бояться и вели себя странно — увидев меня, потащили за собой, в сторону холма.
Я вырывалась, но они опять хватали меня за руки и скулили при этом жалобно. Я подумала, что они не зря себя так странно ведут, — предчувствиям этих верных сторожей следует верить. Сказала слугам и арендаторам, что надо уходить. Но никто не хотел меня слушать. Я начала кричать, угрожать им кинжалом, с которым никогда не расставалась. Меня поддержал Альрик, и мы сумели часть людей заставить пойти с нами.
