Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Она меня бросила.

– Тебя?! Бросила?!

– Конечно.

– Как?! Мужа бросить?!? Не понимаю!

– Во-первых, жизнь беспокойная… Все время у меня командировки, заброски, учения… Ну вот как только что… Или вроде… Жизнь трещину дала… Потом побольше… Потом уж поняли, – раз нет любви… Что ж? И нищета ее, конечно достала… Тоже ведь не последнее…

– Нищета?! Не знаю такого слова… Бедность, ты хочешь сказать? – догадалась Олена.

– Ага. Бедность. Ну сколько получает старший лейтенант?.

. Я полтора года копил, чтобы матери своей в деревне корову купить… Так и не купил пока.

– У нас корова есть!

– Пять коз, козел и пять покосов, знаю.

– И что ж она, жена твоя, – сына бросила?

– Нет. Алешка сам так захотел: останусь с папой. И остался.

– И вы с женой не видитесь?

– Зачем? Он вышла замуж за крутого. За быка.

– За быка?!

– Ну, такого, знаешь, – му-у-у-у! Башмак с шестисотым…

– Не поняла я: бык? А башмак – это что?"

"– Ну, я хотел сказать, что он безбашенный, напрочь отвязанный.

– Бык?

– Отморозок. Но бабок много! Под миллион.

– Миллион бабок? Мать отца, мать матери и ихние сестры? Миллион старух? Тысяча тысяч? Больше, чем у Батыя коней?

– Я не успею все объяснить тебе, милая. Ты просто верь мне. Бабки – это не старухи. Это для многих цель жизни, – вот. Ну, для козлов, сама понимаешь… – он помолчал. – А что? Жизнь кипит.

– Но это ж грех! С быком, с башмаком, с козлами! Вы ж с ней перед Богом повенчены!

– Нет! Мы в загсе расписались, а потом отписались, – и все!

– Вы не стояли перед алтарем? В церкви, перед лицом Бога всемогущего?

– Да нет же, я ж сказал: мы не венчались!

– Так, значит, ты и не был никогда женат, – по нашему-то!

– Что по-вашему, что по-нашему, – я совершенно свободный человек!

– Но ведь… – не выдержав, Олена заплакала…

– Не плачь.

Лучше спой мне на прощание одну из песен той самой Рагнеды.

– Нельзя! Этого делать нельзя!

– Почему?

– Если спою, ты здесь навеки со мной останешься, все, что я захочу, сделаешь, – закусив губу, Олена отрицательно качнула головой. – Нельзя!