Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Если мы оставляем все в силе, то как только мы поженимся - она моя. И если я решу через месяц развестись и отпустить ее - это наше с ней дело.

Отец протягивает мне руку, и я принимаю ее, закрепляя нашу новую договоренность.

- Через месяц поговорим, - он вдруг усмехается. - Подобный альтруизм не в твоём духе. Ты ее не отпустишь.

Глава 8

Где-то безжалостно воет сирена. Отрываю от подушки лицо, опухшее от двухдневного марафона слез, и растерянно смотрю по сторонам. Сирена не умолкает, и я вдруг понимаю, что это не тревога - просто кто-то без остановки жмет на звонок у входной двери.

Медленно принимаю вертикальное положение и спускаю босые ноги на пол. В окна льется солнечный свет, от которого хочется зажмурится, голова словно чугунная, а по телевизору, который работал всю ночь, идет ненавистная телепрограмма про здоровье."

"Звонок прекращает трезвонить, но лишь на мгновение. Еще до того, как я успеваю вздохнуть с облегчением, трель возобновляется с новой силой.

Первый мой порыв - спрятать голову под подушку и притвориться, что меня нет. Но, судя по уже проявленной настойчивости, кто бы ни был там за дверью - так просто он не уйдет.

Отдираю себя от кровати и на нетвердых ногах иду в прихожую, где предусмотрительно заглядываю в глазок. Увидев в нем обеспокоенное лицо моей лучшей подруги, отщелкиваю замок и распахиваю дверь.

- Так, так, - Варя осматривает меня критичным взглядом с ног до головы и маленьким сладко пахнущим торнадо врывается в квартиру.

- Два дня до тебя дозвониться не могу. Только не говори мне, что у Фролова новая пассия, а ты, как обычно, оплакиваешь свою уходящую молодость?

- И тебе привет, - огрызаюсь я.

Костю Фролова Варя не выносит, для меня это не секрет, а над моей безответной влюбленностью лишь посмеивается. Жаль только, сейчас она не права, ведь от мира я прячусь совсем по другой причине.

- Я угадала? - невинно хлопая глазами, спрашивает подруга, прикладываясь гладкой щекой к моей щеке.

- Не угадала, - закрыв за ней дверь, я прохожу в гостиную и плюхаюсь на диван.

- Тогда что стряслось? - Варя пытливо глядит на меня своими золотисто-карими глазами, в которых отчетливо читается беспокойство. - Мама?

Я мотаю головой.

- Что тогда? И не говори, что ничего - выглядишь ты отвратительно.

Мой желудок спазматически сжимается, а вместо ответа я просто хлопаю рукой по подушке дивана, приглашая подругу присесть.