Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Он единственный был любезен и внимателен ко мне в тот день, — заметила Скай.

В глазах Люка промелькнула боль.

— Прости, что обрек тебя… — Он покачал головой. — Это больше никогда не повторится, Скай. Клянусь. Я не подпушу тебя близко к своим родственникам, пока не буду уверен, что они не обидят тебя. И я все время буду рядом, буду следить каждую минуту. И если ты почувствуешь себя неуютно в их обществе…

— Я в любом случае буду чувствовать себя неловко, Люк, — не дала договорить ему Скай.

Люк понимающе кивнул и не стал настаивать на своем.

— Уверен, Мэтт сломает лед, — с надеждой произнес он.

Скай не стала говорить, что их единственный шанс на счастье — держаться подальше от его семьи. Но разве это возможно?

— Роберто умер от травм, полученных в автомобильной катастрофе и несовместимых с жизнью, — ровным голосом сказал Люк, а затем мягко добавил: — Он очень сожалел о содеянном, Скай.

— Жаль, что не тогда, когда впереди у него была вся жизнь, с горечью заметила Скай.

— Не думаю, что твой отец когда-нибудь примет меня, Люк.

— Я дал ему время сделать выбор.

— Время ничего не изменит. Уверена, ты спросил его, приглашены ли на Пасху мы с Мэттом, а он сказал, что нет. Так было?

— Я и не ожидал, что он так быстро изменит свое мнение.

— И все же. Он сказал, что ты зван, а мы нет, да?

— Если он не изменится, его ожидает еще одна потеря, — безжалостно произнес Люк.

И тебя тоже, подумала Скай.

— А если он пригрозит, что отречется от тебя и оставит без наследства?

— Значит, будет так.

Голос Люка даже не дрогнул, но Скай почувствовала, что сейчас в нем говорит гордость, а в глубине души Люк не верит, что дело дойдет до этого. Он сам не осознает, как важны для него семейные узы, но кровь рано или поздно даст о себе знать. Кроме того, именно на кровное родство Мэтта и его родителей он делал ставку, говоря о том, что его родители рано или поздно примут ее. Только он забыл, что кровь Мэтта разбавлена ее кровью.

Скай едва не заплакала от безнадежности.

Она сидела напротив мужчины, которого когда-то любила, которого не могла перестать любить, который был отцом ее ребенка и хотел жениться на ней, а она не могла отделаться от мысли, что впереди ее ждет одна лишь боль.

— Скай…

Ей нечего было сказать. Горе, которое причинила ей его семья, было огромным, затмевающим любую возможность счастья с Люком.

— Скай, для меня на первом месте — ты, понимаешь?

У нее закружилась голова.