А призрачная плеть уже и так была занесена над его спиной. Так что монах решился надавить на рычаг, открывающий проход только основательно прислушавшись и не услышав ни звука по ту сторону.
Микаэлю хватило одного лишь быстрого взгляда, брошенного сквозь бесшумно открывающуюся дверь в стене на истерзанного, полуголого, белого как полотно юношу на кровати в одной рубашке. Именно он совсем недавно заваривал чай при разговоре травника с аббатом Себастьяном. И на стоящего перед ним и спиной к монаху гвардейца, чтоб тело начало действовать само, опережая разум.
Резкий рывок вперед, почти что прыжок, одновременно с сильным ударом в основание черепа – и Микаэль бесшумно опустил опавшее тело на пол, тут же вскинувшись и ловя оседающего юношу на руки. Несчастный потерял сознание и теперь безвольно обвис в руках лекаря. Прижав его к себе покрепче, монах быстро отступил в полуоткрытый проход, закрывая тот за собой. Левой рукой вытащил из крепления в стене горящий факел и быстро отпрянул в глубь туннелей, унося с собой неожиданную ношу.
Тяжелым юноша не был, да и Микаэль не успел еще ослабеть за время своих блужданий и старался уйти как можно дальше и как можно быстрее. Он понимал, что кто бы не приказал охранять юношу – пропажа заметят очень быстро и вполне вероятно, что вход в верхние туннели найдут... Дорога назад была легче – он ее теперь знал, где нужно свернуть и какое разветвление выбрать и достаточно быстро достиг второй тайной двери. Осторожно перешел в более глубокий туннель, вновь закрыв за собой дверь, и молясь Богу, что б не оставить никаких следов.
Пройдя так еще немного, то и дело поглядывая на юношу, бессознательно откинувшегося на его руках, Микаэль все яснее понимал, что на этот раз вляпался в такую историю из которой дай-то Бог живым выбраться... Это не пузырьки похищенные... Он только что из рук святой инквизиции юного монаха похитил. Знать бы теперь – что там случилось... Куда привели его туннели под монастырем и чем успел прогневать инквизитора новый послушник.
Надеясь, что теперь он отошел достаточно далеко и можно немного передохнуть, Микаэль осторожно положил свою ношу на пол, снял себя рясу и накинул сверху. Принюхался, склоняясь ближе, а потом достал из котомки маленький пузырек, завернутый в обрезок кожи, капнул из него пару капель себе на палец и растер снадобье по губам молодого монаха, лежащего перед ним. В затхлом воздухе подземелий вдруг остро запахло луговыми травами. А юноша легонько дернулся и открыл глаза.
