Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Мало ли что инквизиторы задумали. Все равно никто не посмеет зайти.

Повернувшись к мальчику, мужчина наблюдал за его движениями. Боится точно. Но храбрится, и что-то еще. Что?

Сев обратно в кресло, велел:

– Зажги свечи.

Если Луис не обратил внимания, где они стоят в его комнате, сам виноват. И о многом скажет. Взяв в руку бокал, мужчина принюхался к вину.

В полумраке, который опустился на комнату, было сложно сориентироваться. И Луис запаниковал. Его голова кружилась. Ему было не по себе. Налив в кубок вина, герцог услышал приказ зажечь свечи.

Но подсвечника как такового нигде и раньше не заметил.

– Ваше величество, простите. Но я не ведаю, где они находятся. И вы... закрыли окна, – мысль о новых пытках заставляла голос дрожать.

О, да! Мужчина довольно вытянулся в кресле. Мальчик так и не удосужился даже осмотреть комнату, в которой он оказался. Глупыш. Хорошенькая игрушечка. Что же он скрывает? Но осторожность не помешает.

– Иди сюда.

Когда паникующий юноша оказался рядом, Фернандо ухватил его за талию и потянул к себе на колени со словами:

– Дарую тебе привилегию сидеть в моем присутствии.

Но только у меня на коленях.

– Ваше величество, вы... – Луис попытался встать. Но его удержали сильные руки. – Если вы хотите продолжить допрос, то спрашивайте.

– Мальчик, мальчик, – голос Фернандо в темноте приобрел мягкую бархатистость. – Я ведь тебя даже не целую, а ты уже... – легкий смешок, – отказываешь. Чего же ты так боишься? У тебя есть тайны? От сюзерена? – голос обволакивал, руки аккуратно держали за талию.

Мужчина наклонился к столу, на мгновение прижавшись телом к юноше.

– На-ка, один глоток, – рука обвила с другой стороны, поднося кубок к губам. – Или в этой малости ты тоже откажешь своему королю?

Глоток вина... Юноша отпил, но мужчина настаивал пить и дальше, до самого дна, пока тот не был опустошен, а в животе не расцвел жар, в голове не зашумело, а тело не охватила слабость.

– У меня нет тайн. О каких тайнах идет речь, ваше величество? – Луиса держали руки, такие горячие и такие наглые.

Не отпускали. – Могу я встать?

– Зачем? – рука мужчины нежно зарылась в волосы Луиса. Второй он мальчика подвинул поближе к себе, чтобы почувствовал нарастающее возбуждение. – Мне так удобнее спрашивать. Или ты, – немного металла в голосе, – не ценишь мои милости? Так? – рука чуть сильнее сжалась в волосах.

– Я ценю, – юноша ощущал, как его касается отвердевшая, жаждущая плоть мужчины, чувствовал, как растет желание в Фернандо.