Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Быть тем, к кому всегда хочется вернуться.

– Я... люблю вас...

Слова... его слова, как лепестки роз, как солнце, что освещает старый дуб у дороги, как птицы, свившие гнездо в его ветвях.

– Сей, мой ненаглядный мальчик, – мужчина сорвался на бешеный ритм. Он сходил с ума от страсти к маленькому садовнику. Он никогда больше не позволит Кристиану прикасаться к своему солнечному.

Теперь жаркое пламя горело и в мальчике, и он, забывшись, стонал в этих сильных руках, метался, словно в клетке, вот только свободы он не хотел, ему нравился тот сладкий плен объятий, в который поймал его аббат, и не было теперь пути назад.

Сей чутко откликался на каждое движение, всхлипывая каждый раз, когда задевалась чувствительная точка внутри.

Он поймал юного любовника в кольцо рук, прижал к груди, стараясь не задевать раны на спине, а потом уложил рядом и позволил устроиться на своем плече. Всего лишь ночь. Всего лишь сердце Сея стучит в груди пугливым зайцем и жмется он к тебе, безбожник. И ищет в тебе защиты... В тебе, в безумном звере.

Рядом с аббатом монаху-послушнику не было страшно. Он прижимался к теплому боку, пытаясь выровнять дыхание, щекотал шею мужчины своими волосами и робко улыбался в темноте, желая, что если это сон, то пусть он никогда не просыпается. Сей прикрыл глаза, надеясь, что мужчина не уйдет, останется, позволит полежать так еще немного, хотя бы чуть-чуть.

– Вы придете ко мне еще? – слова непроизвольно сорвались с губ, и мальчик застыдился, зажмурившись, пугаясь своей смелости.

– Конечно, Сей, иначе и быть не может, – отозвался Себастьян, накрывая их обоих одеялом.

– Спи... Завтра рано вставать. У меня много дел и встать надо рано. Спи... – мужчина закрыл глаза. Сегодня он ни за что не оставит маленького ангела. Не оставит его никогда.

Сей счастливо вздохнул, расслабляясь и вскоре заснул, согретый близостью мужчиной и утомленный сегодняшним днем. Веря в то, что какие бы трудности не поджидали теперь его на пути, он со всем справится.

Проснувшись до рассвета, Себастьян разбудил мальчика, потянул к себе рясу и достал оттуда небольшую книгу в кожаном переплете.

Последний оставшийся экземпляр мироустройства, звездных систем, которые рассчитал молодой физик Луаро Буесско.

– Держи, мой мальчик, спрячь очень далеко, чтобы ни одна душа не узнала. Если инквизиция меня прижмет, ты поедешь в монастырь Святого Аугусто и передашь падре Ваоле. Он знает, что дальше делать, – мужчина начал одеваться. – Сегодня же спрячь и не читай ни в коем случае.