Молчание сфинкса читать онлайн

И охота Ивану таскаться по таким местам! Вот сейчас подрулит к «поплавку» очередная битая «бээмвуха», высыпет из нее бритоголовая братва вся в цепях и «адидасах», заковыляет вразвалочку по сходням. «Крыша» приехала, ура; виват, «крыша» гуляет! Конечно, с Кравченко заниматься здесь, на этом «поплавке» в затоне, поисками Ваньки было бы гораздо спокойнее — со всех точек зрения…

Но он стряхнул малодушный страх. Ничего, без паники. Ему и надо-то всего-навсего узнать у местного бармена Анзори, где может быть Лыков.

"Внутри бар оказался самым обычным: стойка, столики, кабинки, сиротливый бильярд в углу. Как и полагается в разгар рабочего дня — пусто. Бармен и тот не скучал за стойкой. Мещерский решил дождаться его. Оглянулся по сторонам и тут увидел в угловой кабинке знакомую широкоплечую фигуру, коротко стриженный русый затылок. Иван Лыков (вот так нежданная удача!) был здесь. Мещерский ринулся к нему, но едва лишь увидел лицо родственника, понял, что разговор предстоит трудный — Иван был пьян.

— Здравствуй, Ваня, — мягко сказал Мещерский.

— Здорово.

— Я вот мимо ехал. Мне Гарик Полуэктов — помнишь Гарика? — сказал, что ты тут иногда бываешь. Неплохой бар, да? — Мещерский призвал на помощь всю свою находчивость, сел, завязал беседу. — Ты давно туг?

— Давно, А что? — Иван навалился грудью на стол.

— Ничего; просто я тебе звонил, а у тебя что-то телефон не пашет. — И тут Мешерский увидел на столе рядом с пачкой сигарет и стаканом сотовый Лыкова.

— Ну и что? — спросил Лыков.

— Да ничего, просто я хотел…

— К твоему сведению: Гарик три года как в Штатах. Его жена увезла, он на американке женился, — веско изрек Лыков. — Выпьем?

Какой разговор без водки? Тем более серьезный, мужской? Мещерский вздохнул, но ответил твердо (рыхлых, половинчатых ответов Лыков не терпел):

— Давай.

Но бармена за стойкой все еще не было — видно, отлучился в туалет. И Мещерский решил сразу идти ва-банк.

— Мне Салтыков звонил, Ваня, В панике он полнейшей. Сказал — у них в Лесном несчастье. Убили эту ученую, Филологову. Салтыков советовался со мной насчет московского адвоката на всякий пожарный. — Каждый раз, когда ему приходилось врать, Мещёрский чувствовал себя просто ужасно. Ужаснее всего было то, что вранье затягивало и никогда не доводило его до добра.

— Он тебе звонил? — спросил Лыков.

— Да. Вчера, — Мещерский кивнул.