Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

А тут еще и загадки, убийства, жуть!

– Будто нам этого в жизни не хватает, – проворчал Хоппер, но спорить не стал.

– Засядем в «Колоколе и Шаре», закажем пару пинт «Зайца», мясной рулет, и ты изменишь свое мнение после первых же пяти минут.

– Ну-ну, поглядим, – с сомнением сказал Хоппер.

Джаспер тоже не отказался бы послушать радиоспектакль, но дядюшка вряд ли ему разрешит, учитывая, что трансляция должна начаться в полночь. Хотя… в том, что касается дядюшки Натаниэля, Джаспер был уже ни в чем не уверен.

После того, как мальчик вернулся от бабушки, дядюшка вел себя с ним иначе.

Не странно, не подозрительно, нет. Просто как-то по-другому. Джаспер замечал непонятные взгляды, дядюшка стал более задумчив и меланхоличен – еще глубже погружен в свои мысли, чем прежде. А еще он будто бы стал чуть более снисходителен к племяннику, словно строгий и непоколебимый доктор Доу и правда испугался, что тот никогда не вернется.

Но почему он так решил? Джаспер этого понять не мог."

"Миссис Трикк вела себя похожим образом.

Даже доктор Горрин.

Остаться у бабушки навсегда? Еще чего не хватало! У бабушки ведь невероятно скучно! Бесконечные унылые правила, которые даже нет желания нарушать – не то что забавные и причудливые строгости дядюшки, которые нарушать одно удовольствие.

Мадам Корнелия Доу, или «бабушка», ледяная и неприступная, как маяк на скале, не позволяла ему практически ничего из того, что он любил. Нельзя есть печенье, потому что сладкое – для дураков, обжор и лентяев. Нельзя читать интересные книжки, потому что они легкомысленные и патетичные, а еще полны недопустимых фривольностей, словно это не истории о приключениях, а мемуары какой-нибудь певицы из кабаре.

Хуже всего были нескончаемые занятия. Мадам Доу заставляла внука учить занудные вещи, которые учили дети во времена ее молодости лет сто пятьдесят назад. И это был просто невозможный в исполнении, бесконечный список манер и правил поведения, некоторые из которых банально противоречили друг другу. Сидеть ссутулившись нельзя, но при этом нельзя и слишком распрямляться, потому что будешь выглядеть, как истукан.

Нельзя бегать, нельзя переступать через ступень, ходить следует чинно, не глядя под ноги и высоко подняв подбородок, но спотыкаться при этом запрещено. На часы глядеть не дозволено – это, мол, невежливо: как будто ты куда-то опаздываешь или выказываешь скуку. Смеяться вслух нельзя – даже улыбку внука бабушка измеряла линейкой, строго следя, чтобы эта его улыбка не выходила за допустимые нормы.