Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Наглая и восхитительно-сладкая…

Шепот обжег ухо, по телу прокатилась дрожь, а я… вспомнила. Перед глазами возникали одно за другим треклятые позабытые кадры из клуба. Ночь, которую я забыла. Ночь с моим первым мужчиной. Который не язвил и не унижал, не стремился задеть, а был удивительно нежен, напорист, страстен…

Во рту стало сухо. По телу волной прокатился жар. Даже пальцы на ногах поджались. Я хотела его с такой сумасшедшей силой, что ещё мгновение — и забыла бы и о зрителях, и о перемещающихся невестах.

— Тебе не спрятаться от меня, конфетка.

Вижу, ты вспомнила. Я рад. Столько лет я тебя искал, столько бессонных проклятых ночей вспоминал о тебе, сходя с ума от желания. Неужели ты думаешь, что теперь я отпущу тебя? Даже если вся эта шайка будет против, даже если мир сойдет с ума — я никуда не отпущу тебя, Майа! — болезненный, отчаянный рык.

Миг — и меня перетягивают на колени, а губы обжигают злой поцелуй. Он кусается, выпивает душу, проникает в кровь. Он жадно оглаживает тело, зарывается носом в растрепавшиеся волосы, и я неожиданно чувствую, как дрожит под моими пальцами сильное мужское тело.

Какая странная, сумасшедшая тоска стынет в холодных синих глазах.

Охота…

— Удержите меня против воли? — спрашиваю, задыхаясь. — Станете тем самым рабовладельцем и насильником? Тем, против кого якобы боретесь? Разберитесь сначала в себе, аро Вайре. Одна ночь — не повод для продолжения знакомства. Одна пьяная глупость, — я говорила резко, отрывисто.

Пусть лучше так, отрезать махом, чем потом мучиться всю жизнь.

Я-то знаю, какими тиранами могут стать оборотни. Слышала. Видела. До этого момента — не на собственном опыте.

— Пьяная глупость?! — рык. Кажется, что он готов взорваться, — такая ярость сверкает в обычно холодных глазах. — Значит, вот так это выглядит для тебя, конфетка?

— Значит, вот так. Прошу не удерживать меня более, лорд Вайре. Да, вы привлекательный мужчина, но я повторю то, что уже говорила — я никогда не стану вашей любовницей. Вы хотите меня. Возможно, испытываете симпатию.

Но одновременно презираете и себя, и меня за вашу страсть к человеку. Это отвратительно.

Я резко упираюсь ладонью в его грудь и встаю. Плевать, что все это кажется на первый взгляд глупым и надуманным, что мне ничего не стоит признаться в том, что я тоже Высший оборотень, аристократка, принцесса клана или кто там ещё. Ведь дело не в этом. В душе я все тот же человек, Майка-оборванка.

— Презираю? — снова этот странный нечитаемый взгляд. Поздно уже, поздно.