Судя по горячности, голодности и бесстыдству, с которыми мои подруги теперь накидывались на меня, Марианка реально действовала на них как лютый афродизиак. Да что там, либидо повышалось даже у отсутствующих.
— Блин, - писала мне голосовые Инна, — знал бы ты, какая мне по ночам порнуха снится! С твоим участием!.. Я тут уже просто не могу. Так что готовься, копи на меня здоровье!..
— И на меня! На меня тоже здоровье копи! - где-то там влезала в ее голосовые Валентина.
И это я еще молчу про нюдсы, которыми подруги закидывали меня целыми днями, словно пытаясь перебить магазин купальников нашей Венеры.
Взрывная волна ее красоты донеслась даже до Мальты. С тех пор, как сестренка поселилась у меня, с Даной мы общались ежедневно. У нас даже появилась традиция: по вечерам высылать друг другу селфи, прямо из кровати, как пожелание доброй ночи. Мне нравилось перед сном смотреть на ее милое личико и невинную пижамку, а ей, видимо, нравилось видеть, что я в постели один."
"Однако больше всех, конечно, от этого демона красоты доставалось бедной Полине, у которой за все ее время в моем гостевом доме еще не было такой сильной соперницы.
Марианке же больше всего нравилось тестировать свою ударную магию именно на ней, окончательно сводя бедняжку с ума. Моя управляющая уже реально не понимала, кто перед ней: ангелочек, который самостоятельно не может принести себе лимонад, или демон, коварно утягивающий своими сиськами все взгляды от нее. Ибо поступки гостьи были демоническими, а слова и улыбки — абсолютно ангельскими.
И даже ногти, которые раньше были дьявольски-красными и выдавали натуру, сейчас стали ангельски-голубыми — и сбивали с толку еще больше. От этого мыслительного напряжения у моей красотки постарше, казалось, что-то уже не на шутку сбоило. В эти дни она даже научилась радоваться приходящим ко мне подругам — словно видя их, вспоминала, как должны выглядеть школьницы.
Надо отдать должное Марианке: даже ничего не делая, она умудрялась каким-то таинственным, воистину дьявольским образом организовывать так, что все вращались вокруг нее, как около локального солнышка.
Парни пускали слюни, девчонки косились — все будто сопровождали глазами каждый ее шаг, каждое опускание ее идеальной задницы на шезлонг и каждый подъем с него. Даже я поймал себя на мысли, что попал в это гравитационное поле. То есть все чаще осознавал, что нахожусь рядом с ней — хотя вроде планировал пойти в другую сторону.
