Моя неотложная помощь читать онлайн

– Почему ты не ответил на мои чувства, даже когда развёлся с женой? – воровато оглядевшись, прошептала она. – Почему женился на другой женщине? Чем я плоха?

У меня замирает рука над листом, и мысли бегут, сбивая друг друга. Конечно, всё это может быть о другом человеке, ведь прошло пять лет, но откуда-то я знаю, что речь именно о Власове. Мы меняемся местами, и я тихо, чтобы не смущать Леру, спрашиваю:

– Почему ты не ответил на мои чувства, даже когда развёлся с женой?

Она кривится, смахивает слезу и шепчет так тихо, что еле улавливаю.

Я стою и едва дышу, понимая, что именно в тот момент заглянула в комнату отдыха и всё не так поняла. А Власов даже не потрудился рассказать! Он согласился на развод и был со мной так холоден, что я поверила в измену, которой не было.

Искоса смотрю на Марка, который внимательно слушает высокого полноватого врача и записывает его ответы в блокнот. Будто ощутив моё внимание, он отрывается от записей, и наши взгляды встречаются. Сердце пропускает удар.

А потом взрывается хохот, и я оборачиваюсь, столбенея от изумления. Вместо того чтобы кидать в Женю классические помидоры и яйца, избавляясь от злости на изменника-мужа, мои девочки подошли к домашнему заданию творчески.

В Филатова летят бумажные самолётики из туалетной бумаги, на листах которых были написаны проклятия. Взрываются, лопаясь, прозрачные резиновые шарики с пимпочкой, которая не оставляет сомнений, что именно наполнили водой. Или не водой? Что-то зелёное вязко стекает по дождевику под всеобщее веселье.

Женя смотрит на меня так, будто его привязали к позорному столбу и выставили на всеобщее обозрение. И порадоваться бы случайной мести, а не могу.

– Кто-нибудь хочет постоять на этом месте? Хорошая практика для работы с чувством вины для тех, кому трудно просить прощения или нереально его получить.

– Я хочу, – неожиданно выступает Марк.

Мои девочки во главе с Любочкой радостно бросаются переодевать мужчин. С лёгкой подачи Власова потянулись и другие мужчины, и в какой-то момент всё вдруг перерастает во всеобщее сражение.