Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я кивнул им в знак приветствия, и отец семейства спросил:

— Как насчет боровиков, дружище?

Я улыбнулся. Их младший родился с опухолью мозга: если бы не артефакт, который я создавал прямо в больнице, в соседней палате, то мальчик не выжил бы. А теперь вот — стоит рядом с сестрой, грызет леденец, получает только отличные оценки в своей школе.

— Как-нибудь в другой раз, — ответил я. Сбор грибов — не то занятие, которому я готов посвятить день. Меня не привлекает ходить по лесу с ножом в руке.

— Анарен, дорогой мой, — заговорщицким тоном промолвила госпожа Эмма Браунберг, — а кто та милая барышня, которая вчера несла пакеты с едой?

Я мысленно вздохнул: всем очень интересно, что происходит у меня дома. Так всегда было. Впрочем, Браунберги могли задавать такие вопросы: после того, как я вылечил их младшего, мы стали кем-то больше, чем просто соседи.

Друзья? Не знаю. У эльфов нет друзей, только деловые партнеры, и я не до конца определился с тем, что в это слово вкладывают люди.

"— Моя помощница, — ответил я. — Предупреждая ваши дальнейшие вопросы: да, она гномка, да, мы прекрасно ладим.

Я вспомнил, с какой искренней тревогой Хельга подавала мне полотенце для разбитого носа, и в очередной раз подумал о ней с теплом.

— Вот и замечательно! — одобрила госпожа Браунберг. — Сразу видно, что девушка хорошая, серьезная. А там…

Муж легонько толкнул ее под локоть, намекая, что не следует развивать тему.

Мы обменялись мнениями по поводу прекрасной погоды и разошлись.

В отделении мгновенной доставки никого не было. Муха жужжала под потолком, фикус красовался в кадке, сверкая свежевытертыми листьями, да клерк, Николас Пикльби, дремал за деревянной стойкой. Я прошел к нему, нажал на пуговку звонка, и Пикльби встрепенулся и воскликнул:

— А, господин Эленандар! Доброе утро! Новая отправка?

В Холинбурге совсем немногие используют тьму-желе. Я кивнул, продемонстрировал пакет с артефактом и спросил:

— У вас новые клиенты? Чувствую запах одеколона с зеленым чаем.

— А, да! — клерк нырнул под стол, вынул банку, старательно укутанную в темную плотную ткань, и, выставив ее на стол, принялся разворачивать. — Так надушился, что второй день никак не выветрится. И вот вы знаете, я раньше его не видел. Вы готовы?

Я снова утвердительно качнул головой и уточнил адрес в записной книжке.