Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Я ведь уже извинился…

– И тормозов девчонки тоже не любят.

Пока Сеня опять мне не возразил, я снова залезла на велосипед и крутанула педали.

– Догонишь – поцелую! – весело выкрикнула я.

Слева замелькали разноцветные дома с орнаментами, справа – широкая река, блестевшая на солнце. На небе не было ни одного облачка.

Я крутила педали изо всех сил. Вскоре наш огромный белый теплоход остался далеко позади. И все-таки Сеня довольно быстро меня перегнал. Резко затормозив, перегородил дорогу. Мне чудом удалось вовремя остановиться, чтобы не въехать в него.

– Ну что, будем целоваться или слабо? – с улыбкой спросил Сеня.

Колеса наших велосипедов уперлись друг в друга. Прохожие, спешащие по своим делам, обходили нас стороной."

"Я придвинулась к Сене и перевернула его бейсболку козырьком назад. Мне никогда не нравились такие парни, как он: импульсивные, насмешливые, иногда надменные. Но чувства разгорелись во мне еще в первый день, когда Арсений вышел из ворот своего дома, чтобы помочь мне с раненой птицей. С самого начала между нами была нежная электрическая статика от каждого будто бы случайного прикосновения.

Сейчас Арсений без улыбки смотрел на меня зелеными глазами.

– Но поцелуй будет дружеским, – сразу предупредила я, притянув его к себе за шею и собираясь чмокнуть в щеку.

Однако Сеня, не растерявшись, нашел мои губы и начал целовать меня. Привстав на носочки и теснее прижавшись к парню, я закрыла глаза и с пылом ответила на поцелуй. Еще никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. Поцелуй получился длинным и нежным на виду у многочисленных прохожих.

Следующие полчаса мы вместе катались по набережной, пока Сеня вдруг не спросил:

– Может, сгоняем на канатку?

Я никогда не каталась на канатной дороге, поэтому с радостью согласилась. Если честно, то после нашего поцелуя я готова была отправиться с Сеней хоть на край света.

– Поехали! – голосом, полным счастья, сказала я.

Мы сдали велосипеды и, вызвав такси, нырнули в машину. До канатной дороги от причала добираться десять минут.

В открытые окна машины врывался теплый воздух. Мы сидели рядом, держась за руки и соприкасаясь коленями. Происходящее казалось мне сном. Весь мир вдруг растворился в негромком шорохе шин, бормотании радио и птичьем гомоне.

Отстояв очередь, мы забрались в кабину фуникулера. Молча наблюдали, как под нами проплывают город, огромные сосны, мосты и синяя блестящая река. Я разглядела наш теплоход. Отсюда он казался совсем крошечным. Не знаю, о чем в это время думал Сеня.