Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Существовал даже специальный этикет, касающийся волос: прически для дома отличались от тех, что заплетали на улицу или на праздники. В общем, это была сложная наука, которую мне предстояло постичь.

Подготовка к свадьбе шла полным ходом, но кое-что омрачало настроение. Несмотря на все попытки Эля ввести меня в свое общество, эльфийский народ относился ко мне настороженно. Я все равно чувствовала себя здесь чужой. Усугубляло ситуацию незнание эльфийского языка. Несколько часов в день Эль тратил на то, чтобы обучить меня своей речи, однако дело продвигалось медленно.

Я хорошо запоминала слова, но от моего произношения у любимого вяли уши.

— Со временем все получится, — подбадривал жених, а я лишь грустно вздыхала. Надоело быть изгоем.

Все изменилось перед самой свадьбой. Вернувшись домой от друга, у которого сильно болел ребенок, Эль опустился на колени рядом с моим креслом, взял меня за руки и сказал:

— Свет моего сердца, тебе известно, что эльфийский народ называют неуязвимым. Наши раны затягиваются за считаные минуты, магия в нашей крови помогает справляться с самыми тяжелыми повреждениями.

А знаешь почему?

— Почему? — прошептала я, удивленная темой разговора.

— Дар Ма-ар-ры. Каждый эльфийский ребенок в десятое свое лето принимает дар великой богини. Это сок Куа-да-нэ, мертвого цветка, растущего под снегом, в горах.

— И что дальше?

— Сок Куа-да-нэ делает нас сильнее, выносливее, дарует нам вечную молодость, долголетие. Пробуждает в детях спящую магию.

— К чему ты пытаешься подвести?

— Пробуждение магии — процесс очень болезненный.

Дети кричат, у родителей сердце обливается кровью. Ни одно из наших средств неспособно облегчить муки страдающего ребенка — ни сонный порошок, ни выжимка из лепестков полуночниц. Я подумал…

— Мои способности эмпата?

— Да.

Я тут же отправилась собираться.

На улице меня уже дожидался белоснежный пегас — еще одна диковинка этого мира. Эльфы использовали их в качестве средства передвижения, но не держали в конюшнях. Крылатые лошади жили сами по себе на высокогорных лугах и не признавали хозяев, но всегда готовы были помочь другу.

Подружиться с пегасом и установить с ним мысленную связь пытался каждый эльф. Тех, кому это удавалось, называли счастливчиками.

До нужного дома домчались быстро. Дверь нам открыл бледный до синевы мужчина с искусанными губами. Стоны несчастного ребенка я услышала уже на пороге. Бедный малыш метался на кровати, а рядом, закрывая лицо руками, плакала от бессилия его мать.