Миллионщик читать онлайн

— Я ничего не понимаю, — прошептала Ольга, прижимая руки к груди. — Какие торги? Почему так быстро? Нам же говорили, что пока суд не закончится…

Все это было слишком грубо, нагло. Да и слишком много совпадений: загадочные французы, скоропостижная помолвка, дуэль, внезапный иск соседа, а теперь еще и торги. Лес рубят щепки летят, так и нажиться еще пытаются.

— Владимир Александрович просил меня помочь вам, — сказал я твердо. — И я помогу! Я все решу, не беспокойтесь милая барышня. — И я улыбнулся по-доброму, точнее, попытался.

Так как за прошедшее время мне казалось, я разучился так улыбаться.

Она подняла на меня удивленный, почти испуганный взгляд.

— Но мы не можем… мы не можем принять… Мы ведь вам совсем чужие люди.

— Вы не чужие, — ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Вы сестра моего друга. Его беда — это и моя беда. И его семья — теперь и моя забота. Так что давайте прекратим этот разговор. Сколько нужно этому… Клюквину? Тысяча? Будет ему тысяча. А лучше — полторы, чтобы он «поизучал» дело еще пару лет.

Мы проговорили до позднего вечера, обсуждая детали. Я понимал, что простой взяткой здесь дело не решить. Нужно было действовать тоньше. Для начала изучить этого Мезенцева, а заодно и Клюквина, найти их слабые места. Мой опыт в другой жизни подсказывал, что у каждого такого «дельца» есть свой скелет в шкафу.

— Мадмуазель, теперь уже поздно, я вынужден откланяться.

Мы заночевали в деревне — оставаться в усадьбе по понятиям данного времени означало бы дискредитировать Ольгу Александровну.

Переночевав в избе с тараканами размером с собаку, на следующий день, еще до рассвета взяв у одного из крестьян за пару медяков старую, плохонькую лошаденку, я отправился к Клязьме. Дорога шла через густой сосновый лес, тот самый, которым так гордились Левицкие.

Зачем Мезенцеву понадобился именно этот кусок земли, поросший лесом? Он не был ни плодородным, ни удобным для выпаса.

И вот, когда я выехал на высокий, обрывистый берег реки, все встало на свои места.

Вдалеке, на противоположном берегу, я увидел то, чего здесь, в этой глуши, не должно было быть.

Свежая, высокая насыпь. Уложенные на нее блестящие на солнце рельсы.