Ирина Анатольевна Богданова — «Мера бытия»: читать онлайн бесплатно полную версию

Мера бытия читать онлайн

Обложка книги Мера бытия
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Поначалу это повествование может показаться обыкновенной иллюстрацией отгремевших событий.Но разве великая русская история, вот и самая страшная война и её суровая веха — блокада Ленинграда, не заслуживает такого переживания — восстановления подробностей?Удивительно другое! Чем дальше, тем упрямей книга начинает жить по художественным законам, тем ощутимей наша причастность к далёким сражениям, и наконец мы замечаем, как от некоторых страниц начинает исходить тихое свечение, как от озёрной воды, в глубине которой покоятся сокровища.Герои книги сумели обрести счастье в трудных обстоятельствах войны. В Сергее Медянове и Кате Ясиной и ещё в тысячах наших соотечественников должна была вызреть та любовь, которая, думается, и протопила лёд блокады, и привела нас к общей великой победе.А разве наше сердце не оказывается порой в блокаде? И сколько нужно приложить трудов, внимания к близкому человеку, даже жертвенности, чтобы душа однажды заликовала:Блокада прорвана!
Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

От саданувшей под лопатку боли Тимофей Иванович коротко всхлипнул, заметив, как по лицу внучки пробежала тревога. Она взяла его руку и нашла пульс. Тонкие пальчики приятно холодили запястье.

— Пустое, Наденька. Сейчас не обо мне, а о задании следует беспокоиться. Надо его выполнить так, чтоб комар носа не подточил. Оденешься понезаметнее, возьмешь связку лука, десяток яичек и пойдёшь на базар возле Гатчины. Принеси карандаш, я тебе нарисую карту.

Встанешь на углу около сарайчика. Там ещё большой камень лежит, чтоб лошадей не ставили.

К тебе подойдут и спросят:

— Где здесь живёт бабка Марья Потёмкина? Говорят, она продает козу.

— Ответишь: «Я не местная, знаю только, где купить петуха». Отдашь им корзинку с яйцами. Да торгуйся шибче, чтоб соседи слышали.

— А документы?

Тяжело приподнявшись на локте, Тимофей Иванович дрожащей рукой указал на голенище сапога:

— Там они, пошарь поглубже.

Пока внучка доставала бумагу, он внимательно посмотрел на её вспыхнувшие щёки:

— Постой-ка, девка, что-то ты очень разволновалась.

Ты ведь, вроде родом из этих мест. Отвечай по совести, есть у тебя родня в Гатчине или нет?

Сапог со стуком брякнулся на порог. Зажав в руке измятый лист бумаги, внучка косо глянула в его сторону:

— Родни нет. Никого там нет, только подруга Оля. И то не знаю, жива ли.

Со скрипом переваривая неожиданную новость, Тимофей Иванович прилёг на подушки, отметив, что перед глазами вихрем закрутились огненные круги.

Подруга — это плохо. Очень плохо. Но другого выхода нет. Авось пронесёт нелёгкая.

* * *Тонкий листок со столбцами цифр и фамилий Катя положила на дно корзины под слой сухого мха, выстеленного, чтоб не разбить яички.

Дед сказал, что путь до Гатчины около двадцати километров, а на базаре надо быть в полдень. Значит, выйти придётся в шесть утра. Катя с тревогой посмотрела на деда. Выговорившись, он ослабел. Лоб стал горячим, а дыхание прерывистым.

Она растопила печку, поставила на плиту чугунок с кашей, приткнула чайник и решительно накинула на плечи платок.

Улица обожгла сырым холодом. Припорашивая грязь, сыпал мелкий снежок. Хлопала калитка на ветру, кое-где над избами тянулись в небо дымки.

По узкой тропинке вдоль забора Катя пробежала до соседнего дома и крепко стукнула кулаком в дверь:

— Тётя Таня, откройте!

В ожидании ответа Катя зажала кулаком платок у горла и поёжилась.

Подбор книги