Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Тебе было четырнадцать? Тогда ты еще жил с четверкой?

- Да, - подтвердил Лиам, пытаясь вспомнить, когда он успел рассказать об этом Алеку.

- Кто тебя…? – Ясно, Алек просто сложил два и два. – Габриэль? – Он поднял голову и сел, все еще обнимая икры Лиама руками.

- Нет. Волк по имени Джон. Он мертв. В прошлом году Трей убил его.

- Вот и хорошо.

Лиам приподнялся и погладил Алека по шершавой щеке. К облегчению Лиама, тот не отстранился. Запустив пальцы в шелковистые черные волосы, волк заставил Алека поднять голову.

Глаза его лихорадочно блестели.

- В чем дело, Алек?

- Я не твой любимец. – Его голос вибрировал от напряжения.

- Конечно, нет.

- Тогда почему Сет сказал, что я твой?

Ты моя вторая половинка. Но пока для такого заявления было слишком рано, и Лиам сказал, что первым пришло в голову.

- Ты мой любовник. – Он медленно опустился обратно на спину, потянув Алека за собой. Тот пытался сопротивляться, но недостаточно сильно, чтобы вырваться. Лиам крепко обхватил ладонью затылок Алека и поцеловал его, но Алек не стал открывать рот, хотя его губы слегка смягчились, а твердый член прижался к бедру Лиама.

Волк прихватил зубами нижнюю губу Алека, потом зализал укус. Когда любовник вздохнул, Лиам нырнул языком в глубину его рта, пытаясь показать свои чувства самым простым способом.

И замер, увидев, что по лицу Алека текут слезы. Волк резко сел и прижал к себе дрожащего любовника, который зло вытирал лицо - Алек не любил открываться, показывать свою уязвимость. Лиам пытался ласками сказать ему, что все в порядке, что он в безопасности, что Лиам рад, что может утешить его, когда ему так плохо.

Потом волк отнес его на постель, осторожно раздел любовника, который продолжал дрожать, но все так же не сопротивлялся. Лиам схватил бутылочку с маслом, перевернул Алека на живот и провел пальцами по его позвоночнику. Алек слегка расслабился, пока Лиам втирал масло в его кожу. Волк был словно загипнотизирован гладкостью спины, тем, как сокращались мышцы под его прикосновениями.

Почувствовав, что страх пошел на убыль, Лиам двинулся вниз, массируя ягодицы.

Он провел скользким пальцем по ложбинке между ними вверх-вниз, и Алек застонал.

- Ты мой, Алек. А я твой. И никакой чуши о домашних любимцах.

- Значит, ты тоже мой? – В голосе его слышалось недоверие и одновременно любопытство, словно Алеку было интересно, как это прозвучит.

Лиам снова скользнул пальцем вниз и резко ввел его на всю длину без всяких преамбул.

Алек охнул, но больше никак не отреагировал.