Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Несколько мечей полоснули по нему, но парень стоически держался, прикрывая Вику. Та пыталась помогать, но я видел — ранена. Движения скованные, из рассечённых ран сочилась кровь. Чёрт, надо заканчивать, и побыстрее!

Мы с Сержем рванули в гущу схватки, работая на пределе. Мой топор и его клинки так и мелькали, выписывая смертельные узоры. Краем глаза я видел Олега — тот, стиснув зубы, посылал то в мага то в воинов всё новые и новые файерболы. Наконец, один достиг цели — маг вспыхнул и начал оседать горящей грудой.

— Добивайте! — хрипло рявкнул маг, переключаясь на воинов.

А и добивать было почти некого. Наш слаженный танец смерти разметал скелетов в труху. Тот, что с перебитым коленом, беспомощно полз по полу. Серж вогнал ему меч промеж лопаток, провернул несколько раз и тварь застыла. Ещё секунда — и последний скелет разлетелся осколками от моего топора. Всё, мать вашу! Бой окончен!

Опустив оружие, я судорожно пытался отдышаться. В ушах ещё стоял звон от лязга стали и хруста костей. Сплюнув, я обвёл взглядом нашу потрёпанную команду.

Все были здесь, живы. Помятые, окровавленные, но живы, чёрт подери!

Вика баюкала раненую руку, морщась от боли. Я подошёл к ней и, под её удивлённый взгляд, накрыл ладонью рассечённое предплечье. Пальцы тепло засветились, и прямо на глазах края раны стали затягиваться, срастаясь и исчезая без следа! Девушка охнула, во все глаза глядя на свою руку — ни шрама, ни капли крови! Боль ушла, будто её и не было.

— Вот так-то лучше, — подмигнул я.

— А ты боялась, что до свадьбы не заживет.

Вика благодарно улыбнулась, сжимая и разжимая кулак. Валентин опирался на меч, стоя над грудой костей. Его бок и нога были неслабо рассечены, кровь пропитала одежду. Парень старался не подавать вида, но по побелевшим губам и испарине на лбу я видел — больно ему, ой как больно. Я приблизился к нему и положил ладони на раны. Валька дёрнулся было, но замер, когда почувствовал тепло, разливающееся от моих рук.

На его глазах края ран затянулись, мышцы и кожа срослись без единого рубца.

Кровотечение остановилось, а в уставшие глаза будто искра жизни вернулась. Валентин распрямил спину и с изумлением уставился на меня.

— Это что за фокусы, Лекарь ты наш подпольный?

Я хмыкнул и развёл руками:

— Не фокусы, а целительское искусство! Вам, значит, мечами махать можно, а мне руками водить нельзя? Скажи спасибо, что не пришлось тебя по кускам собирать, умник.

Валька рассмеялся и хлопнул меня по плечу.