Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

«То, что надо, — мелькнуло в голове. — Сперва меня увидят в компании этих ночных бабочек, потом я устрою грандиозную попойку в ресторане и буду швырять направо и налево деньги, а потом исчезну, испарюсь, сгину. Уходить нужно красиво и наверняка…»

Он взял девушек под руки, и они направились вниз по улице Горького, в сторону ресторана «Националь»."

"Анджей очнулся в своем номере и попытался оглядеться по сторонам. Он застонал от головной боли и выругался по-польски и по-русски. Сквозь неплотно прикрытые шторы заглядывало пыльное городское солнце.

В его «люксе» царил настоящий кавардак — дверцы шкафов распахнуты настежь, ящики стола выдвинуты, их содержимое разбросано по ковру. Девчонки оказались хитрее, чем он мог представить, но беднягам за их труды досталось всего с полсотни долларов и кое-какие мелочи вроде складного зонта, японского транзистора и тому подобного. Нужную сумму советских денег он уже успел положить в сберкассу на предъявителя, а сберкнижку спрятать в слишком надежном месте для того, чтобы ее смогли отыскать даже эти розовощекие молодчики в штатском, не говоря уж об обычных проститутках.

Хоть эти «сестренки» и оказались лихими особами — подсыпали ему в шампанское или в кофе какой-то гадости, сумели засунуть в такси и увезти в гостиницу. Что ж, попадутся когда-нибудь и пополнят собой ряды бескорыстных строителей коммунизма. Но это уже не его, Анджея, забота.

Превозмогая слабость и боль во всем теле, Анджей принял ванну, побрился и занялся своей внешностью.

На это у него ушло больше часа, зато лицо изменилось почти до неузнаваемости. Показав язык своему отражению в зеркале, Анджей надел специально купленные в ЦУМе пятирублевые штаны из синей материи с красной кривой строчкой и майку с надписью: «СССР — оплот мира». С туфлями дело обстояло хуже — все, что он примерял в советских магазинах, были либо очень тяжелыми, либо совсем негнущимися, или же обладали и тем и другим свойством. Он решил оставить свои мокасины, лишь оторвав от стельки блестящую наклейку с надписью «Victor».

В дверь тихонько постучали, и Анджей порадовался, что догадался запереться изнутри на ключ, который оставил торчать в замочной скважине. Он затаился. Стук повторился. Потом он услышал удаляющиеся по коридору женские шаги.

Анджей быстро побросал в клеенчатую сумку, которую приобрел в том же ЦУМе, все, что считал необходимым на первый случай. Скомкал одеяло, швырнул на пол подушку, одну из них пырнул перочинным ножиком.