Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

"– Намного отъехали? – поинтересовался я.

– Километров двести, – пробурчал в ответ Тоша.

– А всего сколько?

– Около тыщи осталось. Не ссы, к вечеру будем.

«М-да, этот парень умеет водить машину», – еще раз подумал я и, покопавшись в карманах своей старой куртки, нашел бутерброд с сервелатом, которых нам наготовила в дорогу Маруся. А еще у меня была там забавная книжка с длинным названием «Все симпатичные девушки – змеи».

«Враки. Не все, – не согласился я, вспоминая Настасью. – Хотя… – А теперь мне вспомнилась Ангелина».

А потом я дожевал бутерброд и принялся искать в книжке то место, на котором остановился.

* * *

Тоша оказался не прав. Вместо вечера в Пермь мы приехали только к утру, и все проблемы нам, естественно, доставили мусора, у которых, непредвиденно для нас, вдруг объявили какой-то очередной месячник по борьбе за чистоту дорог от нарушителей. Мусора повылезали из всех своих нор с жезлами и радарами, и после уплаты трех штрафов за превышение скорости Евгений Валерьевич, скрепя сердце, распорядился соблюдать от греха подальше правила движения.

И наша «лохматая» «Волга», за которой не угнался бы и «мерседес», пополза по шоссе со скоростью гужевой повозки в просвете между фурой и лесовозом.

Евгений Валерьевич негромко матерился сквозь зубы и курил одну за другой вонючие ароматизированные сигареты. Тоша Тагильский стоически молчал. Я же, дочитав книжку про девушек-змей и досконально изучив «Атлас автомобильных дорог России», умудрился свернуться калачиком на заднем сиденье и заснул.

И снились мне при этом спасовский сикт, Настасья и красный огнетушитель, почему-то очень напоминающий внешне огромный вибратор…

– …Подъем! – Меня бесцеремонно хлопнули по плечу, и я мгновенно прореагировал:

– К дьяволу!

– Подъем, подъем! Миша, приехали.

Я узнал голос Евгения Валерьевича. Но почему меня называли Мишей?.. А, вспомнил… Я зевнул и принял сидячее положение.

– Ну ты и спать! Признавайся, чем занимался всю ночь? Небось с Марусей…

– Кака-а-ая Маруся… – еще раз зевнул я.

– Поносило бы тебя по тайге столько, сколько меня! Знаешь, как в организме накапливается усталость?

– Знаю, – обернулся ко мне Евгений Валерьевич. – Я очень многое знаю, сынок. Возможно, побольше тебя.

Широкое шоссе тем временем перешло в скудно освещенный проспект с редкими машинами и еще более редкими проститутками на обочине. Справа проплыла длинная вывеска большого кафе «Незабвенная ночь». У кафе прямо на тротуаре выстроились в ряд несколько дорогих иномарок.