Стоя перед окном, он курил в открытую форточку, смотрел, как оседают на его машину хлопья снега, и анализировал рассказ Софрона.
Придавать ему чрезмерное значение не стоило. Ключевых моментов было три: отношения в семье, инцест, оружие. Первые два теоретически могли послужить причиной убийства. Как реализовать такую информацию? Быстрых и эффективных способов не существовало, разве что путём грубого физического воздействия на «железную леди» Л.Б. Иванцову. Попытаться отыскать старые меддокументы и говорить с Людмилой Борисовной, имея их на руках в качестве козыря? Слабовато.
Ну подтвердит она, прижатая к стенке, что Арнольд Михайлович спал с Лукерьей, в то время как она срывала голос на митингах в поддержку реформ, а что дальше? Дальше, собственно, ничего, за исключением лишнего повода для клерков из главка придраться к состоянию оперативно-поискового дела и настрочить список бездарных рекомендаций. Ни один «глухарь» ещё не был раскрыт благодаря подобным рекомендациям, но за их игнорирование или ненадлежащее исполнение пострадало множество оперов по всей России.
Пообщаться с Лукерьей? Общаться, конечно, придётся, и здесь — карты в руки Андрею, который сумел установить с девчонкой психологический контакт, но тоже сомнительно, что из этого выйдет что-то путевое. Если Лаки причастна к гибели папаши, то станет молчать до последнего. Она сама, Сергей был в этом уверен, из пистолета не стреляла, должна была просить кого-то из друзей, которых не сдаст, как ты её ни уговаривай.
«Вымогатели» Алик и Шурик? Установить их полные данные возможно: если они не плод воображения Софрона, а реальные люди, имеющие отношение к дочке Шершавчика, то это лишь вопрос времени, не более того. Лаки и не заметит, как её дружбаны окажутся под колпаком. Но опять-таки, что делать дальше? Тащить их в околоток и «колоть»? Затевать длительную разработку, терпеливо «окучивать», рассчитывая выявить другие эпизоды преступной деятельности? С места убийства Гладкостенного не изъяли ни единого отпечатка пальцев или обуви, не отыскали ни одного свидетеля, который мог бы опознать душегуба.
Даже если Алик с Шуриком и признаются, никто их на основании этого признания не осудит. А ведь даже нет личной уверенности и отсутствуют какие-либо оперативные данные о том, что парням действительно есть в чём признаваться.
