Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Акулов сделал пометки в блокноте и отложил авторучку:

— Прозвище образовалось от имени?

— Да. Ещё в школе, когда стали изучать английский. Мой папочка постарался, наградил старушечьим «лейблом». Не знаю, о чём он думал, когда его выбирал. Ненавидел, наверное.

— Понятно… У меня к тебе есть предложение не тратить попусту время, ни твоё, ни наше. — Акулов выложил на стол Уголовный кодекс, раскрыл на нужной странице, подчеркнул ногтем статью об ответственности за хранение наркоты и подвинул книгу поближе к девушке: — Почитай.

Всё понятно?

Лаки пробежала глазами мелкие строчки:

— Какое отношение это имеет ко мне? Хотите сказать, что и у меня, если начну упираться, отыщите «дурь»?

— Нет. Ни говорить, ни тем более делать такого я не собираюсь. Зачем нарушать правила, если все козыри и так в наших руках?

— Тогда…

— Я предлагаю тебе спасти подругу. Ты мне даёшь весь расклад по убийству — я отмазываю Снежану от кокаина.

— И сколько это будет стоить?

Акулов вздохнул:

— Я беру взятки, но не деньгами.

Помощью и информацией. Естественно, и то, и другое должно быть реальным, а не фуфлом. Варианты типа «Вы меня сегодня отпустите — а я вам завтра расскажу, кто убил Старовойтову» не прокатят.

Лаки задумалась. Сидела молча, разглядывала Андрея. Потом обеими руками поправила причёску и уточнила:

— Значит, если я расскажу, с кем подрался Никита, то Снежанку отпустят?

— Сразу после того, как я проверю твои слова. Надеюсь, много времени проверка не займёт.

— А она будет ждать в камере?

— От тебя зависит, как долго это продлится.

Девушке не было жалко Софрона. Придурок ревнивый, нашёл повод распускать руки! Если посадят — туда ему и дорога, всё равно ведь уже задумывалась, как с ним порвать отношения, а теперь лучшего повода и не найти. Получится как всегда — станут сочувствовать ей и поносить Софрона. Плохо лишь, что надо договариваться с ментами. Можно, наверное, и отмолчаться, прикинуться дурочкой, но тогда Снежана влетит по полной программе. Даже если подружку и не арестуют, то до суда она вся изведётся, издёргается так, что впору будет вены резать.

Вот уж кого действительно жаль, так это её, на пустом месте девка влетела. И чего она не убежала из квартиры вместе со всеми? Сидела бы сейчас дома, а не в вонючем «обезьяннике»…

— Он ведь не собирался Никиту убивать, — заметила Лаки, подготавливая почву для признательных показаний.

— Возможно. Но если вы все станете молчать, мне будет тяжело об этом судить.